– Всегда такой драматичный, твой отец был таким же. Что насчёт меня, мне нравится убивать больше эмоционально, чем физически, это намного болезненная процедура, более мучительная. Видишь ли, я не убивал твоего отца физически, но он уже был мёртв за несколько лет до того, как сдалось его сердечко, разве нет? – он снова хихикает. – Он охотился на меня до последнего, пока не умер, пытаясь исправить то, что не могло быть исправлено. И теперь ты делаешь то же самое. Думаю, я должен быть польщён на самом деле.

Я сжимаю зубы. Количество пота в моей ладони делает ручку пушки скользкой. Я не поведусь на это дерьмо. Я хочу пустить пулю в его голову прямо сейчас, мой палец дёргается на курке. Я мог бы это сделать. Я должен это сделать. Но он заслуживает мучений.

– Конечно, я понимал, что твой отец придёт за мной, после того, как я отправил ему то видео, – усмехается Джо. – Я заставил его смотреть, как его девственную дочь трахают снова и снова.

Напряжение нарастает у меня в груди, мой пульс так дико грохочет, что я могу ощутить его отголоски в кончиках пальцев.

– У тебя ведь есть дочь, правильно, Джуд, – его улыбка становится шире. – Я уже трахал её мать, так что, если подумать об этом, я и её трахнул, пока она зарождалась в утробе матери, – сильная ярость вскипела под моей кожей. Джо слегка наклоняется вперёд. – Я трахнул каждую женщину, о которой ты заботился, – выдыхает он.

Тепло заполняет каждый последний дюйм моей кожи. Моё сердце грохочет об рёбра, словно дикое животное, решившее убежать, заставляя кровь в моих венах течь настолько быстро, что у меня перед глазами появляются черные пятна. Я сжимаю глаза, отчаянно пытаясь бороться с каждой реакцией своего тела. Я должен сделать это правильно, чтобы мы смогли оставить это дерьмо позади.

– Она была лучшей из твоих девушек, её киска даже туже чем у твоей сестры и видя, как мой член первым имеет её, это о чём-то говорит.

Я нажимаю курок. Джо хрюкает, когда пуля пронзает его плечо.

– Заткнись, – шиплю я.

– Брось, – кричит Рич, в панике. – Брось!

Я поворачиваюсь и вижу Стена, у которого в руках пистолет, направленный мне в лицо. БАМ. И кровь брызгает на лобовое стекло, когда Стен падает на руль. Машина резко сходит с дороги. Шины визжат, и мы рывками едем со стороны в сторону. Я пытаюсь найти точку опоры, но очередной резкий рывок бросает меня в сторону машины, и моё оружие выпадает из руки. Слышится взрыв, и момент невесомости, а затем всё, что я слышу – это звук изгибания метала и трескающегося стекла. Следует громкий хруст, когда автомобиль переворачивается, и я словно тряпичная кукла летаю по всей кабине, которая снова и снова переворачивается.

Внезапно всё прекращается. У меня кружится голова, когда я пытаюсь подняться, и отойти от головокружения. В моих ушах стоит такой чертовски громкий звон.

Автомобиль перевернут, окна выбиты, двери выбиты. Тусклый внутренний свет проливает достаточно свечения, чтобы увидеть распластанного передо мной Рича, его шея скручена под ужасным углом, сломана. Блядь. Я пытаюсь сесть, но боль пронзает мою ногу. Я смотрю вниз. В моём бедре торчит острый осколок стекла, кровь просачивается по его краям. Я хватаю осколок, и трясущимися руками вытаскиваю его. Тошнотворная волна боли проходит сквозь меня, и кровь тут же хлынет из раны. Я дёргаю свой ремень и обматываю вокруг бедра, крепко затягивая его над раной. Я чувствую себя в отчаянье, отпихивая мусор в поисках своего пистолета. Какое-то движение бросается в глаза. Джо выскакивает через разбитые двери. Он откидывается на оконную раму, петли скрипят под его весом, а затем я слышу его тяжёлые шаги, удаляющиеся от машины.

Этот ублюдок не уйдёт просто так. Когда я так близко.

Случайно обнаружив пистолет в дальнем конце лимузина, я подползаю к нему, засунув его за пояс моих джинс, и пытаюсь выбраться через раздавленную дверь. Моя нога ужасно болит. Я выбираюсь из обломков и, спотыкаясь, встаю. Я наклоняюсь к земле, и мои руки находят верёвку, лежащую около дверного проёма. Дерьмо! Джо разрезал верёвку об разбитое стекло.

На улице чертовки темно. Я слышу гул машин на шоссе над нами, и оглядываюсь вокруг в поисках Джо. Я слепо следую за ним, иголки из-под хвои хрустят под моими ногами, когда я хромаю в темноте. С каждым медленным шагом боль пронзает мою ногу, и тёплая кровь течёт по моему бедру. Я останавливаюсь и опираюсь на дерево. Я хватаюсь за бедро, сжимая его, пытаясь притупить часть боли. Через несколько секунд я тяжело дышу и продолжаю идти по лесу, пока не добираюсь до небольшой поляны. Там есть проход между деревьями, позволяющий просачиваться лунному свету. Он проливает достаточно света, чтобы разглядеть смутные формы. Я останавливаюсь, прислушиваясь, но всё что слышу, это мой учащённый пульс и тяжёлое дыхание.

Я паникую. Я не могу продолжить свою жизнь, если он не умер.

Облака прячут луну, и полная тьма снова поглощает всё вокруг меня. У меня пульсирует голова. Звон в ушах настолько сильный, что я едва могу разобрать звук позади меня. Толстая рука обхватывает моё горло, толкая назад и сильнее надавливая на кадык.

– Я бы не стал настолько недооценивать ситуацию, Джей Пи, – рычит он мне на ухо, сильнее сжимая горло.

Я задыхаюсь от нехватки воздуха, хватаюсь за руки Джо, чтобы оттащить его от себя. Я опускаю подбородок и со всей силой бью его локтем в живот. Его хватка на мгновенье ослабевает, и я могу выкрутиться из захвата. Направив кулак в сторону мужчины, я бью его прямо в лицо. Он спотыкается, и я хватаюсь за свой пистолет, но перед тем как я могу прицелиться, его выбивают из моей хватки. Слышится мягкий стук, когда пистолет падает позади меня.

– Нет, Джей Пи, – журит Джо. – Ты будешь сражаться со мной по-мужски. Я хочу убить тебя голыми руками.

Я поворачиваюсь к нему, встречая наносимый удар. Моё лицо пульсирует, а рот наполняет кровью. Я никогда ещё не сражался с таким сильным человеком, как он. Джо сильно бьёт меня в лицо, заставляя упасть на землю. Когда я встаю, он снова хватает меня за горло, но на этот раз, я цепляюсь за него. Мы стоим лицом к лицу, глядя друг другу в глаза, и душим друг друга. Его глаза сузились, а ноздри раздуваются, когда я сжимаю сильнее. Пальцы Джо впиваются в мою шею, а большие пальцы сжимаются под моим подбородком. Я чувствую, как моё тело становится вялым, и хватка на его горле становится слабой. Я думаю о Тор, в попытке обрести силы. Глаза противника расширяются, в то время как перед моими начинает темнеть, а затем его руки отпускают мою шею и он падает на землю. Я наклоняюсь к коленям, хватая ртом воздух.