Он снова оплачивает покупки, судя по сумме, произнесённой продавцом, он в корзину заложил побольше того, что я просила.

— Ты что-то ещё купил? — поинтересовалась я, пока он складывал продукты в пакеты.

— Сюрприз! — усмехается он в ответ, подогревая моё любопытство. — Ужин будет изумительно-волшебным.

Может, отложить депортацию на месяц, раз маг мастер в поварском деле?

Меня снова увлекают за собой, и как у него так ловко всё получается? И пакеты нести и меня вести… Волшебник!

Выхухоль встретил нас в квартире у порога, сразу громко заявив:

— А почему это у вас двоих губы припухшие?

— От мороза, — не растерялся маг. — Холодно на улице.

— Марья Ивановна стучала в двери, — принял его объяснения Федя, и принялся рассказывать то, что произошло в моё отсутствие. — Похоже, за очередной настойкой для суставов.

— Настойкой? — поражается маг. У меня складывается впечатление, что наш инквизитор ведьму впервые видит.

— Вопрос: это не ты устроил Святую Инквизицию на Земле? — интересуюсь я, позволяя ему снимать с себя обувь.

— Я её остановил, — отвечает светлый. — Здесь нет ведьм. Точнее здесь есть люди с хорошей интуицией и минимальными способностями, но такой магии, как в тебе, нет ни у кого.

— В моих настойках моя магия, поэтому они эффективны, — он снимает с меня курточку. — А Марья Ивановна пошла на поправку. Ещё одна настойка моего приготовления и от остеопороза не останется и воспоминаний. Главное, Петру Степановичу из соседнего дома пережить приступы нежности от Марьи Ивановны.

— Забавно, — усмехается инквизитор и целует меня в щёку. Ярости нет, даже местами приятно.

— Значит от холода? — язвит выхухоль.

— Я снимал проклятье рискуя жизнью, — наигранно обиделся маг и, аккуратно подхватив меня и пакеты, двинулся на кухню.

— Кстати, на всякий случай — я не проклят и проблем с психикой у меня нет! — громко заявляет выхухоль вслед и тихо добавляет: — а то мало ли… С инквизиторами меньше всего хочу целоваться.

В двери отчаянно долбят, по стуку понимаю, что пришла Марья Ивановна. Инквизитор ставит пакеты, усаживает меня на стул и спешит к гостю.

Считаю, зря спешит вперед меня.

— Добрый вечер, — воркует мило инквизитор.

— Тебя ещё не выгнали? — приветствует его Марья Ивановна. — Настя завсегда быстро избавлялась от ухажёров. Богатый поди, вот и не гонит.

— Не бедный, — маг милый. Милый, как ангелочек.

— Я по делу, — ворчит недовольно Марья Ивановна. — За лекарством.

А я уже иду, выудив из недр холодильника пузырёк с настойкой.

— Здравствуйте, — лишь бы не промазать, протягиваю настойку Марье Ивановне.

— Настюшенька, — Марья Ивановна в священном восторге принимает пузырек. — Я тебе грибочков принесла.

Мне в руки подают трёхлитровую банку.

— Мухоморы? — радуюсь я, давно хотела.

— Нет, что ты! — отмахивается соседка. — Подберезовики. Сама мариновала.

— В каком году? — задумчиво интересуется маг, культурно отбирая у меня банку.

— Не помню, — честно сознается Марья Ивановна. — Ой, спасибо за лекарство! Пошла я, мешать не буду. А грибочки поешьте, все хвалят.

Дверь за соседкой закрывается.

— Если ты хочешь кого-нибудь отравить, эти грибы наилучший вариант, — иронизирует маг. — Я делаю выводы по плесени внутри банки.

— Наговариваешь на бабушку, она старалась, — защищаю я соседку. Мне не особо верится в то, что Марья Ивановна притащила отраву.

— Хорошие грибы, будем есть, — оптимистично заявляет выхухоль.

— А в этом городе хорошая реанимация? — сарказм из инквизитора так и прёт. — Магия нас не спасёт.

— Отличная, — успокаиваю я его.

— Тогда на кухню, ужинать, — похихикивает инквизитор и вежливо, под локоток, ведёт меня обратно.

Он очень быстро, под комментарии выхухоля, готовит ужин. На ужин оказался великолепно приготовленный сибас. Умопомрачительно вкусный! Меня бережно кормили с вилочки, заботливо, как ребёнка.

На всё согласна. Вилку потом можно и в глаз воткнуть, они всё равно у него разного цвета.

Какао с шоколадом, даже выхухоль ушёл в нирвану, из которой вещал про грибы.

— Никаких грибов! — настойчиво не соглашался маг. — Такой ужин портить отравой не позволю!