Невысокий крепыш с густыми черными волосами важно кивнул головой, подтверждая точность разведанных им сведений. В разговор с явной тревогой вмешалась Юла:

– А известно, где в доме хранятся ценности и деньги?

– Нет, но Голованов не станет рисковать жизнью и сам укажет, где хранится его богатство.

– Уж не собрались ли вы, милостивый сударь, применять насилие и кровь жертвам пускать? Мы же с вами не разбойники с большой дороги!

– Зря ты по женской мягкосердечности так разволновалась. Прислугу Зину мы точно не тронем: она происхождением из простого народа. Да и самого купца с женою лишь попугаем.

И включаясь в предстоящую игру, Прохоров поинтересовался:

– Кто примет непосредственное участие в «эксе»?

– В акции будет задействована вся наша группа. Но в квартиру зайдут только четверо. А остальные останутся страховать нас снаружи.

– А если вдруг случится провал из-за какой-нибудь оплошности или случайного стечения обстоятельств?

– Опять ты, Юла, всё усложняешь. Всё продумано до деталей. Захватив ценности, мы их разделим и повезём на тайную квартиру Самсона разными путями. Его адрес я назову лишь в последний момент. Ну, всё, расходимся.

Глядя вслед любимой им женщины, Прохоров с тоской подумал:

«Если бы только Юла знала о моей любви! Ради неё я не стану информировать ротмистра о времени налёта. Но в нашей группе есть предатель, и он предупредит полицию. Мы в любом случае обречены».

Прохоров не хотел идти к ротмистру. Но на следующий день на улице к нему подошел парень в шапке из зайца и хриплым голосом сообщил:

– Господин Блинов ждёт встречи с вами в гостинице возле Сенной площади. Будьте точно в два часа в тридцатом номере.

И, торопливо направился прочь, нисколько не сомневаясь в неукоснительном выполнении переданного им приказа высокого начальства. И Прохоров с тоской осознал:

«Сотрудничество со мною ротмистр не скрывает от своих подчинённых. Значит, не рассчитывает на долгое сотрудничество и вскоре постарается от меня избавиться».

Прохоров, нехотя, направился в гостиницу. Блинов встретил его радушно:

– Присаживайтесь, мой друг. Желаете чаю, или, может быть, вам не помешает рюмка водки с мороза?

– Нет, ничего не надо. Интересно, зачем я вам так срочно понадобился?

– Я по доброте душевной о вас отеческую заботу проявляю. Зачем, думаю, господин Прохоров будет искать возможность сообщить мне без промедления о намеченном грабеже у купца Голованова. Дай, думаю, облегчу ему задачу и сам назначу встречу. Так что хотите мне рассказать?

Поняв, что полиции уже известно о налёте, Прохоров поведал о готовящемся нападении. Немного помолчав, Блинов задумчиво произнёс:

– Теперь мы знаем дату и место нападения. Но нас интересует, куда ваши товарищи повезут потом похищенное золото и деньги.

– Почему это важно?

– Наша главная задача арестовать руководителя организации Самсона, на квартиру которого повезут золото. А этот адрес знает только Гущин, который назовёт его только после ограбления.

– Значит, вы намереваетесь допустить опасное преступление?

– Вы же сами сказали о намерении боевиков обойтись без жертв, напугав купца. Я буду ждать от вас известий. При необходимости срочной встречи, привяжите к форточке в вашей квартире вот эту ленту жёлтого цвета. Мне тут же сообщат, и через час мы встретимся здесь в этом номере.

Выйдя из гостиницы, Прохоров нервно смял в кармане озябшими пальцами выданную ему ленту, полагая, что никогда ею не воспользуется. Ноги сами понесли его в сторону Арбата. Вопреки рассудку он спешил предупредить Юлу о засаде, о которой ему стало случайно известно. Но подумав, что ротмистр Блинов ему не простит предательства, остановился в нерешительности у дома любимой женщины.

Внезапно, двери распахнулись, и на морозную улицу весело выпорхнула нарядно одетая Юла. Её глаза радостно блестели в предвкушении желанной для неё встречи. И, мучаясь от ревности, Прохоров решил незаметно проследить за девушкой.

Юла беспечно без всякой опаски миновала Собачью площадку, затем свернула в узкий переулок и подошла к подъезду деревянного дома. Едва она позвонила, дверь приоткрылась, и Прохоров успел увидеть бородатое лицо хозяина:

«Это же Самсон! Но откуда Юла знает его адрес? На людях они всегда держались отчуждённо. Но может быть, Юла явилась сюда по делу?»

И рассеивая его последние сомнения, Самсон нежно обхватил гостью за талию, и крепко прижав к себе, покрыл поцелуями миловидное юное лицо. Дверь захлопнулась, а Прохоров продолжал в оцепенении стоять на улице.