Вокруг много тел, тысячи и тысячи, все поле укрыто ими. В воздухе витает смрад гниения и пота, во рту привкус крови. Остальные тоже ждут, они стоят сзади, целая армия сереньких. Поднимаю вверх меч, огромный, длинный, меч монстра монстров. Толпа за мной кричит «ВПЕРЕД», но мы не движемся. Наступает тьма, она заслоняет солнце и накрывает армию противника, еле заметную вдали, на другом конце бескрайнего поля. Серьёзно, на много километров ни одного дерева, словно мы в степи. Под ногами хрустят чужие кости, пока иду вперед, вальяжно таща меч за собой. Армии сближаются, всадники обгоняют меня, первыми начиная бой. Уже вижу вражеских всадников, в серо-голубой амуниции с топорами наперевес. Кажется, это оборудование Ледвиги, цвета их флага. Поднимаю меч, чувствую что-то странное, отдаленно похожее на голод. Замахиваюсь и разрубаю сразу двоих и лошадь, и всадника. Животное ржет, кричит в предсмертной агонии. Но этот звук исчезает в тысяче других звуков, что резко ударяют по ушам с началом боя. Поднимаю меч, чтобы забить и лошадь, и всадника и мельком смотрю на него. Шлем упал с его головы, узкие глаза, бледное миловидное лицо, выходец из Ледвиги. Он пытается зажать рану руками, но уже слишком поздно, кишки обратно не соберёшь. Эта картина не вызывает во мне никаких чувств, словно мне все равно. Один удар и голова всадника катиться по остальным телам, а я иду дальше, наступая на останки воинов Антанты и Ледвиги, словно на падаль под ногами.

Меня отпускают, ведение исчезает, зато собственные чувства возвращаются. Отталкиваю от себя монстра и еле успеваю подняться на четвереньки, прежде чем желудок меня подводит. Перед глазами все ещё картина с подростком из Ледвиги и всех тех тел, рвотные порывы не прекращаются, даже когда в желудке ничего не остается. Меня обдает углями, когда монстр тушит ногой костер.

Поднимаю на него глаза, все ещё стоя на четвереньках, но не вижу его лица. Он снова в шлеме.

– Теперь-то поняла, что тебе лучше меня слушаться, - зловеще прогрохотало под шлемом, от чего по всему телу пошли мурашки.

Хочу что-то сказать, спросить, что это вообще было, но меня хватает только на полное ненависти «монстр». Похоже, его неофициальное имя ему не понравилось, ибо он громко приказал мне встать и даже угрожающе сжал рукоять меча.

– Вперед, - повторил он, когда все же заставила себя подняться.

Как же мне плохо, все тело ломит, жжет и болит, не говоря уже о тошноте и усталости. Помимо воли возникает желание, чтобы все это уже закончилось. Красные щели смотрят на меня с прищуром, потому что я не двигаюсь, а просто стою в нескольких шагах. И что он сделает мне за неповиновение? Опять пригрозит отрезать конечность или перестанет издеваться и убьет, наконец?

Не хочу умирать. Сестры, я должна позаботиться о них, защитить от этого жестокого мира, от этих серых монстров. Кто как не я, сделает это? Отец? Да он себя защитить не может, не то, что своих дочерей. Так что я просто должна выбраться из этой передряги живой.

Смотрю в красные щели, а затем разворачиваюсь и иду, куда он сказал, в сторону замка. Под ногами хрустят ветки, в мыслях все время возвращаюсь к жуткому видению, вот только в этот раз монстр отрезает голову не безымянному мальчишке из Ледвиги, а мне. Усталость не дает мне идти быстро, но и монстр не подгоняет, держась сзади на расстоянии. Мы дошли до ручья, где я умылась от грязи и крови, под взглядом красных щелей. Он не торопил, ни слова не сказал, чему я искренне радовалась. Если убрать бред о замужестве, скорее всего впереди у меня пытки и мучительная и ужасная смерть. Возможно, меня тоже в жертву этому их богу отдадут, умру, как и тысячи наших девчонок. Какие же они жестокие твари, монстры! Если я и заслужила подобную участь, то девушки, женщины уж точно нет. Хотя нет, никто такого не заслуживает!

Мне нужно сбежать, пока мы не добрались до замка, там уж мои шансы на побег явно будут поменьше. Слегка оглядываюсь назад и сразу вижу в темноте две красные щели, он словно мой кошмар, все время на меня смотрит. Какие шансы, что я смогу от него убежать? Я устала, очень больно, сил нет, только желание выжить. Вряд ли монстр монстров вообще устает, даже если только травкой своей и питается.

Если предположить, что эти ведения – на самом деле воспоминания монстра монстров, тогда возникает резонный вопрос, от чего вообще я их вижу? Может, слова о женитьбе не совсем бред? Резонно подумать, что у монстров брак заключается как-то по-другому, чем у нас. Я бы даже решила, что предлогом для женитьбы у них является поцелуй, если бы не видела, как он с рыженькой так же целовался. Спрашивается, с Ху Ря ли я жена? Господи, я серьёзно об этом размышляю?! Узнай кто-нибудь о том, что я его поцеловала – уже бы заживо со стыда сгорела, а тут, видите ли, мысли о том, как я женой серенького стала. Да чего же мне так не везёт? Может, проклял кто? Ферер, например? Вот бы это он тут скакал от монстра монстров, как козочка. Посмотрела бы я на него, как он вообще бы планы достал? Только бы все это не было зря, и эти планы реально бы помогли переломить ход войны. Чувствую, что вряд ли это возможно, монстры слишком живучи, удивляюсь, как наши воины вообще умудряются с ними воевать. Было бы у меня время, я бы узнала ещё их слабостей, кроме пыльцы, но беда в том, что времени нет.

Рассвет, мы вышли из леса и замок уже виден в дали. Точнее мы должны его видеть, на деле же тлеют развалены не выше второго этажа. Рядом тьма сереньких то ли тушит что осталось, то ли решают, что сделают с виновным.

Похоже мне срочно пора в лес, куда подальше отсюда. Дернулась в сторону, но металлическая клешня сдавила плечо.

– Твоя работа? – послышалось злое за спиной, так что по телу прошлись мурашки, и сбрасывать клешню с плеча перехотелось.

– Что? Что? – делаю вид, что не услышала его.
– Вас не слышно, кастрюлю с головы снимите, что ли.

Глава 19. Жив

Почему у меня в ушах играет грустная музыка с похорон? Возможно, в этом виноват монстр за моей спиной, или целая армия таких же впереди? Предательски дрожат коленки, нарочно еле передвигаю ногами по полю. Просто чувствую, что вперед не надо идти, но ничего не могу поделать.

Толчок придает ускорение моей ленивой заднице на несколько шагов, но затем снова еле двигаюсь.

Надо что-то сделать, а то мне так и правда придёт конец. Какие есть у меня варианты? Поверить монстру на слово, что он меня не убьет? А что ему мешает кому-то другому это приказать сделать? Или вообще, что ему мешает? Как вариант можно косить под дурочку, деревенскую простачку, вряд ли пройдет с монстром, но на других может и подействовать.

Ой, как же плохи у меня дела! Кушать хочу!!! Живот призывно заурчал, как-то очень громко, чем вызвал моё недовольство. Я так от язвы умру быстрее, чем от серых этих. Оборачиваюсь, чтобы проверить, идет ли за мной монстр, и недовольно кривлюсь. Глаз от меня не отрывает, как тут вообще сбежать?

Ладно, ничего, в плену как-то выкарабкалась и сейчас справлюсь. Мы дошли до первого часового, который очень сильно старался на нас не смотреть и поклонился в след монстру. Я понимаю, на монстра не смотрел, он же страшный, а я чем обязана? Неужели так плохо выгляжу?