Они ушли, а мы остались.

Я растерянно оглянулась. Бледная и страдающая Зена в черном платье потерянно побрела к дальней колонне, заявив, что хочет побыть одна. К Одиль с виноватым видом пробился Бретт, но она тут же приказала ему убираться. Потому что не хочет его видеть никогда! Но так просто сдаваться он не собирался. Заявил, что им нужно серьезно поговорить, после чего утащил строптивую кузину за собой.

Я же, посмотрев им вслед с улыбкой, подумала, что, быть может, все еще наладится. Потому что Бретт был настроен решительно, но Одиль – это не Арлетта, и она не даст ему спуску. И если он ее любит… А судя по его растерянному лицу, так оно и есть, – то сердце подскажет Бретту верное решение.

Но перестала улыбаться, потому что ко мне подошла Гаэла. Правда, от созерцания ее прекрасного лица в обрамлении искусно завитых белокурых волос меня отвлек огромный разрез на облегающем ее фигуру кроваво-красном платье.

Настолько глубокий, что в нем виднелись нежные полукружья груди.

И я моргнула, затем отвела взгляд, подумав, что подобном омуте может с легкостью утонуть не один мужчина!..

– Я пришла, чтобы поздравить тебя с победой на втором испытании, – заявила мне блондинка, выдавив из себя фальшивую улыбку. – С незаслуженной победой, – добавила чуть тише, на что я кивнула.

Ага, вот теперь все встало на свои места, а то я уже начала гадать, что же с ней такого произошло!..

Тут Гаэла потянулась и поцеловала меня в щеку раньше, чем я успела отшатнуться. Ее губы были холодными, как лед.

– Сегодня можешь праздновать свою победу, – разрешила мне. – Но помни, что ты все еще жива только потому, что завтра на Свуок-Дорне провалишь третье испытание. Дракона у тебя нет и никогда не будет, а на Отборе останутся только те, кто сможет родить королю наследника наших кровей. Так что развлекись хорошенько, моя дорогая! Как-никак, это твой последний бал… Очень скоро тебя здесь не будет. Поверь, как только я стану королевой, тебя сошлют в такую глушь, что та дыра, из которой ты выползла, покажется тебе раем! Впрочем, – она задумалась, – вполне вероятно, что я буду милосердна и попросту прикажу тебя казнить.

Я снова кивнула. Почему-то на ум пришел рассказ Эйдара Карвайра о жестокости его предка, в правление которого часть народа Эдессы была вынуждена бежать из этого мира без оглядки.

Ну что же, Гаэла в роли королевы вполне может стать достойной продолжательницей его дела…

– Но почему ты решила, что король выберет именно тебя? – спросила у нее. – А не Иду, например? Или же Юну? Таэль тоже изумительно хороша, этого у нее не отнять.

Красивая брюнетка и пепельноволосая блондинка были серьезными претендентками на престол Эдессы, так же, как и огенноволосая Таэль Миради.

– Потому что они дуры, – вынесла свой вердикт Гаэла.

После чего, еще раз ядовито улыбнувшись, заявила, что бриллиантовое колье мне удивительно к лицу. И ушла, покачивая бедрами, а я, застыв, словно меня и в самом деле укусила ядовитая змея, завороженно смотрела ей вслед.

Из оцепенения меня вывел Вестер, пробившийся ко мне через толпу с двумя бокалами красного вина. Оглядел с ног до головы, затем сунул один из них мне в руки, заявив, что нам не помешает выпить.

– Что с тобой, Кайри? – спросил у меня, и его голос прозвучал озабоченно. – Ты выглядишь не слишком-то счастливой, несмотря на победу на втором испытании.

– Я очень устала, – призналась ему, не кривя душой. Держалась все это время, но после разговора с Гаэлой поняла, что все мои силы остались в лазарете с рухнувшими на алтарь балками перекрытий. – Сегодня мы весь день пробыли на Краф-Горгии. Ты ведь слышал, там очень много погибших и пострадавших…

– Слышал, – кивнул он, и я внезапно подумала…

Вернее, вспомнила об одной вещи, которая засела глубоко в голове, но время от времени давала о себе знать.

– Но тебя я там почему-то не увидела, – сказала ему. – Хотя на Краф-Горгию, кажется, отправились все маги Краф-Тирина… Разве что кроме пожилого магистра Мибласса, который проводил второе испытание.

И тут же наткнулась на резкий взгляд принца.

– Меня там не было, – наконец, подтвердил он с легкой усмешкой. – В этом ты права.

– И почему же… тебя там не было? – спросила у него осторожно, покрутив в руках бокал.

Подумала, что, быть может, мне не стоило досаждать подобными вопросами сильным мира сего, но не удержалась.

– Потому что я – не мой брат, – заявил принц довольно резко. – И я не настолько одержим своими обязанностями.

– Обязанностями? – переспросила у него растерянно. – Вестер, но ведь речь идет о живых людях!.. Вернее, о тех, кто попал под завалы… Если бы ты только видел тот город! Оползень засыпал его почти наполовину, и лазарет на Краф-Горгии битком набит…

Но принц лишь пожал плечами под отлично скроенным золотистого цвета камзолом.

– Мне вполне хватает и брата с его вечными нотациями! – заявил мне, явно желая прекратить ставший неприятным разговор. – А из обязанностей – того, что я целую неделю проторчал в жуткой дыре под названием Фортрайт. Прости, Кайри! – улыбнулся он любезно, но взгляд был резким, неприятным. – Я не собирался тебя обидеть, но ты, наверное, и сама поняла, насколько велика разница между нашими мирами.

– Конечно, я уже поняла! – покивала в ответ, с трудом приходя в себя от осознания того, что за человек стоит рядом со мной. – Между нашими мирами раскинулась гигантская пропасть. – Причем не только между мирами, но и между двумя братьями королевской крови Карвайров. – Только вот люди везде одинаковые, Вестер, и в твоем, и в моем мире! И они точно так же страдают от войны и от стихийных бедствий…