Мила тем временем, посмотрела на него своими темными глазами и неожиданно подойдя, поцеловала в щеку. Покраснев еще сильнее, и опустив глаза, она пробормотала, - а это... от меня!
– несколько мгновений постояла, и резко развернувшись, побежала обратно. Звякнул колокольчик быстро открытой и закрытой двери.

Смущенный молодой рыцарь, прикоснулся пальцами к щеке, некоторое время постоял и двинулся дальше по улице, сжимая в руке корзинку, по-прежнему не замечая взглядов сверху, теперь приправленных изрядной толикой зависти. А кое-кто смотрел на булочную даже с ненавистью.

Гостиница "Усталый барсук". Граф Алекс Д'Анте

В дверь гостиницы Д'Анте заходил уже боком, поддев ручку локтем. Так как руки были заняты. Там помимо корзинки от Милы, была корзинка с фруктами от Рози ("Ваше Сиятельство, а грызуны так и не появились больше!") и упакованный в бумагу копченый окорок от Сальди-мясника ("Если бы Вы не прогнали того темного духа из подвала, все мое мясо уже было бы испорчено!").

Из-за стойки, к нему навстречу метнулась девушка.
– Господин Алекс, давайте я Вам помогу, вот ключи от Вашей комнаты!

Зайдя в комнату и сгрузив подарки на стол, Алекс, почувствовав цветочный аромат, обратил внимание на несколько ваз с цветами, стоящие по углам комнаты. Посмотрев на смущенно переминающуюся с ноги на ногу девушку, он спросил:

– Лиси, а откуда это?

– Это... мы решили украсить вашу комнату, это... абсолютно бесплатно Ваше Сиятельство!

"Хорошо, что напомнила", - подумал Алекс, и сказал, - ладно, я понял, лучше тогда скажи, сколько я должен за проживание?

– Вы сегодня хотите уже уехать? Вам у нас... не понравилось?!
– с видимым и не совсем понятным испугом, воскликнула девушка.

– Нет, - удивленно ответил ей Д'Анте, - ваша гостиница меня полностью устраивает. Но по делам Ордена я все равно буду вынужден вас покинуть. Но это будет только послезавтра.

– Тогда, давайте пока не будем говорить об оплате, - облегченно улыбнулась Лиси, - лучше скажите, когда подавать Вам, Ваша Сиятельство ужин? И, если позволите, то я помою фрукты и нарежу мясо. Еще... не желаете принять ванну?

– Было бы неплохо!
– обрадовался Алекс. Ведь если честно, то он отправился к матушке Рони... то есть к Верховному магистру сразу же по получению приглашения. А это произошло, как только Алекс вернулся в город, выполнив очередной заказ. Конечно, Д'Анте тщательно следил за собой и не допускал, что бы от него пахло, но... сполоснуться все равно не помешает.

Тут он обратил внимание на пустой угол, в котором стоял только его двуручный меч и спросил, - Лиси, а где мои доспехи?!

– Простите, Ваше Сиятельство, - девушка согнулась в низком поклоне.
– Вы сами сказали, что бы мы привели их в порядок, когда отправлялись на Вашу встречу. Сейчас их Вам принесут. Я пока с Вашего позволения пойду, отдам распоряжение о ванне.

Произнеся скороговоркой последнюю фразу, Лиси выпорхнула из комнаты так, как будто за спиной были крылья. "Странно, - подумал Алекс, - что-то я не помню, чтобы давал распоряжение почистить доспехи, вроде меня спрашивали разрешения убраться в комнате... может, и про доспехи спрашивали..."

Так ничего и, не вспомнив, он отбросил посторонние мысли и, улегшись на кровать, опять, как и всю дорогу, стал прокручивать в голове сегодняшний разговор. Нет, он, конечно, знал, что с деньгами в Ордене туго, но что бы дошло до роспуска?

Как же ЕЙ все-таки трудно! И как же больно, что он не может практически ничем помочь. Хотя вот сейчас... сейчас есть шанс! Доказать, добиться... убедить! И он ВСЕ сделает ради этого! Ради НЕЕ!

Матушка Рони... Ранесса де Парадис... его, с детства, единственная любовь! Нет, он не был ханжой и, повзрослев, давно уже попробовал и оценил все прелести общения с женщинами. Но стоило бы только ЕЙ шевельнуть пальчиком, как он бы вечность провел у ЕЕ ног!

Но она по-прежнему оставалась недоступной. И теперь не из-за статуса, так как они, пусть и формально, но были равны. И не из-за ее отца, которого больше нет, да будет его душа всегда сиять в Свете. А из-за его собственного обещания, данного сначала действительно ее отцу, а потом самому себе. И Алекс, как наяву, опять услышал этот твердый, хотя уже и по-старчески надтреснутый голос:

"Алекс, я давно знаю о твоих чувствах к моей дочери. И пусть в самом начале слова пятилетнего ребенка действительно выглядели смешно, но сейчас... смешными они не будут точно! Я не буду тебя спрашивать, готов ли ты повторить эти слова, сказанные много раз, и так вижу, что да. Я хочу тебя спросить, а насколько ты готов, взять на себя ОТВЕТСВЕННОСТЬ за мою дочь? Сможешь ли ты обеспечить ей достойную жизнь? Про защитить, не спрашиваю, я наслышан о твоих талантах, проявленных в академии. Вон, целая стопка благодарственных писем в шкафу. Но мы не об этом. Так вот... я не жду от тебя ответа сейчас. Я хочу, что бы ты просто однажды пришел ко мне и сказал всего одно слово - ГОТОВ! И без всяких доказательств, с твоей стороны, я отдам руку своей дочери тебе. Пусть разница в возрасте у Вас и велика, но я верю и знаю, что помехой она не будет".

И, увы, пока он не может произнести это слово. Но ничего, вот уже появилась возможность сделать первый шаг. Своими руками и мечом он, так или иначе, добьется поставленной цели! Именно так! Своим МЕЧОМ!

Алекс перевел взгляд в угол, потом встал и подошел к своему мечу. Взял в руки, и аккуратно вытащив из ножен, в который раз с удовольствием его оглядел. И пускай над его внешним видом (особенно в академии) часто смеялись, обзывая по всякому (самым мягким было слово - некрасивый). Выглядел он для постороннего взгляда действительно непривычно и скорее был похож на вытянутый треугольный наконечник копья, с рукояткой длинной в сам меч.