Мы продолжали хохотать, но в нашем смехе слышалась печаль, ведь я вспомнил Бастера. Я вспомнил, как он смотрел на нас в «Старом городе» в «Фэмилилэнде», когда со всех сторон к нему бежали «серые костюмы».

Мы перестали смеяться и молча смотрели на звёзды. Над нами висело ночное аризонское небо, сквозь дымку Млечного пути были видны самые главные созвездия.

— Вы там не уснули? — спросила из кухни Джейн. — Так тихо стало.

— Просто задумались, — отозвался я.

Джеймс откинулся в кресле.

— Ты здесь счастлив? — спросил он.

Я пожал плечами.

— Я тут слышал, что где-то есть место — целая страна Невидимок.

Я хмыкнул.

— Атлантида или Пацифида [19] ?

— Я серьезно. — Его голос стал задумчивым. — Там мы могли бы обрести свободу. Настоящую свободу. Не быть рабами корпорации «Томпсон». Мне иногда кажется, что здесь мы нечто вроде питомцев, дрессированных зверюшек, которые раз за разом делают то, что им говорят.

Я молчал. Его чувства были мне прекрасно известны.

— Я тоже слышал об этом месте, — ответил я. — Это в Айове.

— А я слышал, что это целая страна. Где-то в Тихом океане, между Гавайями и Австралией.

Из дома донёсся грохот посуды.

— Я подумываю уехать, — сказал Джеймс. — Меня тут ничто не держит. Кажется, будто здесь я впустую трачу время. Хочу попробовать найти эту страну. — Он немного помолчал. — Подумал, может, ты отправишься со мной.

Какая-то часть меня очень этого хотела. Какая-то часть меня скучала по приключениям в пути. Какая-то часть меня тоже чувствовала себя в Томпсоне ущемленной. Но Джейн здесь нравилось. А я любил Джейн. И я никогда не стану делать что-то такое, что разрушило бы наши отношения.

И мне отчасти тоже тут нравилось.

Я попытался обратить разговор в шутку.

— Ты просто ещё бабу себе здесь не нашел.

Джеймс важно кивнул.

— И поэтому тоже.

Я медленно помотал головой.

— Я не могу поехать. Теперь я живу здесь. Мой дом тут.

Он кивнул, будто иного ответа и не ждал.

— Других спрашивал?

— Нет, но спрошу.

— Тебе ведь всё равно тут нравится, правда? — Я взглянул на Джеймса. — Я знаю, что ты думаешь об этом месте, но тебе же тут нравится.

— Ага, — признал он.

— Что мы, блядь, такое? Мы похожи на роботов. Нажми на кнопку, получишь нужную реакцию.

— Мы Невидимки.

Я посмотрел на небо.

— Но что это означает? Что это такое? Быть Невидимкой это не какое-то неизменное состояние. Не абсолют. Там, где я работал, был парень, он меня замечал, в отличие от остальных. А Джо?

— У магии нет законов, — ответил на это Джеймс. — Это наука подчиняется законам. Ты всё пытаешься засунуть всю нашу ситуацию в какие-то научные рамки. Дело не в генетике, не в физике. Мы вне каких-либо правил. Мы просто есть. Алхимики пытались унифицировать магию, из этого выросла наука, но сама магия никуда не делась. Рационального объяснения этому нет, нет причин и следствий.

Я помотал головой.

— Магия.

— Я много читал по этому вопросу. И пришел лишь к этому объяснению.

— Магия?

— Слово, может и неподходящее. — Он наклонился вперед, передние ножки кресла опустились на крыльцо. — Я лишь понимаю, что всё, что с нами происходит не может быть измерено, оценено или объяснено обычными методами. Это находится за пределами материального. Метафизика.

— Может, мы какие-то кристаллы, астральная проекция человека.

Джеймс рассмеялся.

— Может и так. — Он посмотрел на часы. — Слушай, поздно уже. Пора идти. Завтра на работу.

— Мне тоже. Причем на бесплатную.

— Безумный мир.

Мы прошли через дом, он попрощался с Джейн и я проводил его до машины.

— Ты действительно решил уехать? — спросил я.

— Не знаю. Скорее всего.

— Дай знать, как решишь.

— Разумеется.

Я стоял на крыльце и наблюдал, как он отъехал от моего дома, как скрылись за поворотом задние огни его машины. Спать я не хотел, валяться перед телевизором особого желания тоже не было. Джейн тоже не хотела, она домыла посуду и мы пошли гулять. Мы дошли до моего старого района и остановились у небольшого причала, где на якоре стояла детская лодочка.

Мы осмотрели небольшое искусственное озеро, расположившееся между двумя коттеджами. Джейн обхватила меня одной рукой и прильнула к моему плечу.

— Помнишь, как раньше мы ездили на причал в Ньюпорте?

— И ели в «Рубис».

— Чизбургер и луковые кольца, — сказала она, улыбнувшись. — Сейчас бы в самый раз.

— Суп из моллюсков в «Краб Кукер» лучше, как по мне.

Какое-то время мы стояли молча.

— Видимо, мы никогда не будем жить в Лагуна Бич, — тихо произнесла она.