– Ну что, будем ужинать? – спросила старуха. – Спасибо, что ты, старый греховодник, мне сегодня ужин на дом привел. А то лови, хватай детишек. Устала я в моем возрасте по лесам бегать, за углами подстерегать. Я уж думаю порой: а не перейти ли мне на растительную пищу? Ты как считаешь, леший?

– Главное – ребенка не пугай. Ее уж волки так напугали, что ей теперь никакая Баба-яга не страшна.

– В самом деле я тебе не страшна? – спросила Баба-яга и захохотала.

Алисе этот хохот не понравился. Кто их знает, этих ведьм? Ведь недаром же они в сказках малышей в котлах варят.

Алиса огляделась.

Избу освещали лишь две свечи на столе. Но они давали достаточно света, чтобы понять: печка в избе есть, а вот большого котла, чтобы сварить в нем человека, нет.

Но хитрая Баба-яга догадалась, куда смотрит Алиса, и быстро ответила на вопрос, которого Алиса и задать-то не успела:

– А мне большого котла и не надо! Я сначала вашего брата на куски режу, а уж потом в кастрюлю закладываю, да с лучком и перчиком!

– С перчиком? – удивилась Алиса. – А ведь еще Индию не открыли!

– Вот именно, – вмешался леший. – Я неоднократно предостерегал от анахронизмов!

– Чего-чего? – воскликнула ведьма.

– Да так, случайное слово, – смутился леший.

«Странный этот леший», – подумала Алиса. И от волков ее спас... А зачем лешему человека от волков спасать, если леший – хозяин леса и волки ему как младшие братья? Любую сказку прочти, там об этом сказано. Привел ее сюда и вроде бы сам не очень верит в злодейство своей подруги.

– Простите, – спросила Алиса у Бабы-яги, – а вы на самом деле едите детей?

– Разумеется, – ответила ведьма.

– А почему?

– Потому что они вкусные.

– Это чепуха, – возмутилась Алиса. – Вовсе мы не вкусные.

– Вот когда поживешь с мое и съешь три тысячи пятьсот детишек, тогда иначе заговоришь, – сказала Баба-яга и захохотала.

В дверях показался мокрый толстяк в женском купальном костюме и укоризненно произнес:

– Старая женщина, а так врет! Ну когда ты успела слопать три тысячи пятьсот ребятишек? Ты и двух тысяч не сожрала!

– Ах, какое грубое слово! – вздохнул леший. – Надо говорить: скушала.

Алиса смотрела на эту компанию и глазам своим не верила. Один мохнатый, словно медведь, шерсть встрепанная, грязная, борода во все стороны, а лицо как у человека. Это леший.

Вторая – старуха, худая, согнутая, как вопросительный знак, два зуба торчат из пасти, седые волосы выбиваются из-под платка. Это – Баба-яга, только нога у нее не костяная, а самая обыкновенная, и из-под юбки сапоги видны, со шпорами.

И вот третий пришел. От него рыбой воняет, вода на пол капает, лицо круглое, зеленоватое, безволосое, глаза белые, выпученные, из рук не выпускает зонтика. Это водяной, догадалась Алиса.

– А вот я, – поделился опытом водяной, – детей обычно топлю. Они потом вкуснее становятся.

– Хватит, друзья, пугать ребенка, – вмешался леший. – Это безобразие, ведете себя как невоспитанные младенцы!

Кот подкрался к Алисе и стал ластиться, тереться боком о ее ноги, а Баба-яга подошла к столу и кинула на нее скатерть. Алиса не успела заметить, откуда старуха ее достала.

Скатерть была обыкновенной, белой.

Потом Баба-яга открыла деревянный шкаф – как же его Алиса раньше не углядела!

Из шкафа ведьма вытащила тарелки – четыре тарелки, но потом задумалась. Леший понял, о чем она думает, и велел:

– Ставь пятую тарелку, ребенку тоже кушать надо. Она же растет.

– Как тебя зовут, ребенок? – спросила Баба-яга скрипучим голосом.

– Алисой, – ответила Алиса. – Я – Алиса Селезнева.

– Ну, садись за стол, Алиса Селезнева, – пригласил леший и вытащил из-под стола несколько табуреток.

Между тем водяной принялся помогать ведьме накрывать на стол, раскладывать деревянные ложки, резать хлеб. Вот уж чего Алиса не ожидала увидеть, так это настоящий хлеб.

– У нас не только хлеб есть, – сказала Баба-яга. Уж очень она умела чужие мысли угадывать. Даже неприятно. – Компотами не балуемся, но чаю дам.

– Анахронизм? – спросила Алиса у лешего.

Тот засмеялся и сказал:

– Запомнила слово? А оно означает...

– То, что случилось не вовремя, – закончила Алиса.

– Примерно так, – согласился леший. – Ты садись за стол, садись, небось проголодалась.

Алиса села и подумала: «А ведь я и в самом деле проголодалась!»

Баба-яга поставила перед каждым по миске со щами. Щи как щи, словно дома на даче бабушка сварила.