Осознав бесперспективность атаки, Субэдэй скомандовал отступление.

— Чтобы разбить эту пехотную стену, нужна своя пехота, — пришел он к очевидному выводу.

Джэбэ согласно кивнул, пробормотав:

— Вот только где ее взять? Или спешим своих багатур?

— Скорее всего так и придется поступить. Но не сегодня…

Длинный летний день и правда подходил к концу, еще немного и Солнце окончательно уйдет за горизонт, погрузив степь во тьму. К тому же следовало пока еще светло позаботиться о раненых, ведь многих еще можно не просто спасти, они потом снова смогут встать в строй, а это сотни воинов.

Опять же надо по мере возможности вынести мертвых для достойного погребения. Дело даже не в соблюдении каких-то обычаев и обрядов, а просто если этого не сделать, то из-за той кучи тел людей и коней, что сейчас навалена перед позициями русов не удастся обеспечить необходимого натиска во время завтрашней атаки.

Осталось только договориться о перемирии. Впрочем, за этим дело не встало, ведь на поле боя остались лежать и русичи с союзными половцами, коих они тоже хотели бы без ненужных проблем вернуть себе.

Что до потерь сторон, то по прикидочным оценкам они оказались несопоставимы и для монгол получились неприятно высоки. Убитыми и ранеными, что уже не смогут участвовать в сражениях, если им удастся выжить, орда в общей сложности лишилась целого тумена.

— А сколько потеряли русы? — с хмурым видом спросил Джэбэ.

— В десять раз меньше…

— Ничего… завтра мы пробьем их стену из пехотинцев и в бреши ворвутся наши закаленные в боях багатуры…

Всю ночь по периметру лагерей, как и внутри оных горели костры. Лучшие лазутчики прокравшись во тьме залегли в наспех оборудованные схроны и всматривались во тьму. Обе стороны опасались ночной вылазки противника и делали все, чтобы не проморгать момент начала атаки и суметь ее отразить.

Но в целом ночь прошла хоть и нервозно, но спокойно, никто не собирался рисковать и биться ночью ибо сражение во тьме самое непредсказуемое из возможных.

Уже после заката в лагерь русов перебравшись через реку на плоту прибыл один из разведчиков-ангелов с последними разведанными.

— Так… и что у нас получается в итоге? — пробормотал Юрий Всеволодович всматриваясь в расстеленную на земле карту и расставляя небольшие фишки символизирующие различные подразделения спешащих на выручку своему царю подразделений.

А получалось, что пехота передвигающаяся пешим порядком, встала на ночевку в одном дневном переходе. Бойцы рвали жилы впрягаясь вместо лошадей и тянули телеги с охапками арбалетных болтов. Зажигательные гранаты и ракеты пришлось оставить. Гранаты тяжелые и бьются при малейшей на то возможности несмотря на все меры предосторожности вроде обкладывания мхом, потому тащить их напрасный труд ибо в конце пути от начального количества хорошо если останется десятая часть в итоге столько сил будет потрачено впустую. С ракетами та же беда, пороховой состав в двигательной части из-за тряски мог потрескаться, что в свою очередь могло привести к взрыву на направляющей.

Гораздо лучше дела обстояли с Ратью, что базировалась у Киева. Как только стало ясно, где будут происходить основные боевые действия в Киев был послан курьер на дельтаплане. Рать погрузилась на ладьи и начала спуск по Днепру и уже завтра утром они могли оказаться на месте и принять участие в сражении.

— Вот только надо ли нам это? — спросил Юрий.

— О чем ты? — удивился Ярослав. — Конечно нам нужна целая Рать, тем более что они подвезли с собой ракеты. Завтра мы с их участием можем задать вонючкам знатную трепку!

— Можем… Вот только они могут и отступить, а потом попробовать прорваться где-то еще, через тот же неспокойный Галич и не факт, что во второй раз нам улыбнется удача.

— Тогда что ты предлагаешь? Я же вижу — задумал какую-то пакость для врагов!

— Мой план рискованный, но если его удастся воплотить в жизнь, то мы не только зададим врагам знатную трепку, но и заставим их плясать под нашу дудку.

— Мы тебя внимательно слушаем.

— Идея заключается в следующем…

С рассветом разведчик на другой берег и улетел, а буквально через два часа к холму на котором расположился царь с братьями и прочими военачальниками пристало две быстрые лодки. В одну сел Ярослав, в другую — Владимир и лодки разошлись в разные стороны по реке Ворскла. Лодка с Ярославом вернулась в Днепр, а с Владимиром — пошла в верховье Ворсклы.

Монголы не могли не заметить прибытие речного транспорта так как полностью контролировали побережье по обе стороны русского лагеря и его немедленного отбытия. Джэбэ с Субэдэем понимая, что все это не просто так, к противнику идет многочисленное подкрепление, в районе обеда начали атаку на лагерь русов.

Они снова попытались погрузить врага в вонючее дымовое облако, только на этот раз не с помощью стрел, а бросая целые связки этой пакости проскакав на полном ходу и раскручивая метательные снаряды на веревках, тем самым провоцируя их активное тление.