Да, так я продолжаю. Выхлопотал мне отчим по своим каналам место инженера в небольшой частной организации «СНиПТехПромГаз». Почему газ, за год работы я понять так и не смогла (как ни разу не увидела в лицо ген.директора), но имя фирмы звучало солидно (чего не сказать о зарплате и премиях), а в моей трудовой книжке появилась первая гордая запись об официальном трудоустройстве. Штат отдела состоял из восьми человек, располагался в старой конторе, и занимались мы тем, что оформляли проектную и эксплуатационную документацию частным лицам (это для отчета налоговой), а на самом же деле отслеживали тендерные предложения на рынке спец.оборудования. Выискивали информацию о подрядах, об участниках, конкурентах и условиях. Можно сказать, под сенью неприметной конторы занимались неявным профессиональным шпионажем, а затем сливали информацию конкурентам.

Нет, конечно же, информацию сливали не мы – сотрудники фирмы, а тот самый ген.директор, которого никто из нас в глаза не видел. Но все мы люди взрослые. И потом, и если не ради заработка на конкурентах, то напрашивается вопрос: ради чего все это существовало?

Но, как говорится, на каждого хитромудрого умника найдется умник еще мудрее. А на каждую спину - свой ивовый прут. И руки возмездия дотянулись таки до «СНиПТехПромГаза» и перекрыли последнему вентиль на вход и выход. В конце концов, настал тот день, когда мы вышли на работу, а наш ведущий инженер – Жанна Арнольдовна Девятко, женщина обстоятельная и серьезная, собрала весь отдел и голосом Левитана объявила:

– Девочки, я должна вас всех расстроить! Нас с вами упраздняют и сливают!

– А мальчиков? – резонно поинтересовался единственный мужчина в коллективе Юрка Шляпкин, двадцативосьмилетний холостяк. – Извиняюсь, куда?

Жанночка вздохнула и уже нормальным тоном добавила:

– Туда же. Через отдел кадров и, как вариант, по собственному желанию на выход. Я только что узнала: с первого декабря нашу организацию ждет официально слияние с компанией «ГБГ-проект».

Что?! Вот это новость! На последних словах мы все замерли, словно голодные мыши при появлении кота с куском сыра во рту. И вроде бежать надо, но еще неизвестно кто кого – всем кушать хочется! Нет, оно-то понятно, дело обычное – мелкую фирму проглотила более крупная рыба. Но, твою ж зеленую петрушку! Рыба-то оказалась зубастая и набита красной икрой. Вот нафиг мы ей?

«ГБГ-проект» - шутка ли! Да они на работу инженеров из-за границы приглашают! Все лучшие тендерные предложения, все лучшие проекты за последние пять лет – их! Уж нам ли не знать?! К ним устроиться почти нереально! И теперь, значится, фирму они проглотили, а нас куда? На биржу?!

– А еще варианты есть? Кроме как «по собственному»? – нервно кашлянул в кулак и возмутился Юрка.
– Что за фигня вообще? И почему распускают персонал? Между прочим, мы здесь все квалифицированные инженеры, а не покурить пришли. Плюс у народа праздники впереди! Елка, баня, Новый год. Да у меня договор на эксплуатацию в разработке, заказчиком уже аванс оплачен! Нет, я не согласен самоустранятся. Пусть и персонал забирают, им что жалко? Каких-то несчастных восемь человек! Я слышал там зарплата – …сот удельных единиц! Если что, я и курьером поработать готов.

В этом месте глаза у всех засверкали – у кого от зависти, а у кого от слез. Я вспомнила свою наличность в кошельке и совсем раскисла. Это что же, получается мне снова работу искать?! Перед глазами встал рынок и апельсины.

Жанна Арнольдовна покусала губы, поправила прическу, подергала сумочку, взяла, да и закурила прямо на месте. Смачно так затянулась, выпустив дым из ноздрей.

И Юрка закурил. И девчонки. А я себе посмотрела…. и с горя яблоко схватила – стала грызть.

– Ребята, я вас всех уважаю, все вы у меня молодцы, а потому не стану скрывать, - призналась Девятко.
– Перспектива получить работу в «ГБГ-проект» все же есть, но шанс невелик!

– То есть? – напрягся Юрка.

– Я говорила с их главным. Они не отказываются взять наших инженеров, но…

– Но? – выдохнули мы хором.

– Готовы взять троих. И только в новый отдел! К штату сотрудников компания подходит очень требовательно, так что кастинг на профпригодность нас ожидает серьезный!

Вот потому я и бежала сегодня сломя голову в новое здание, перепрыгивая через ступеньку и протискиваясь сквозь народ, спешащий на работу. Я очень, просто очень-очень боялась опоздать! И неважно, что еще вчера при мысли о собеседовании, у меня тряслись поджилки и потели ладони. Сегодняшнее утро просто не оставило времени сомнениям!

Собеседование назначили на восемь утра, и на наш удивленный вопрос: почему так рано? Да еще и в понедельник? Жанна Арнольдовна ответила: «Потому что люди в «ГБГ – проекте» не воробьев по веткам считают, как некоторые, а работу работают. Будут они тратить на нас свое пиковое время. Кому не нравится, может не приходить. Да и вообще, откуда я знаю?»