— У герцога не было детей!

— Вы подвергаете сомнению работу Службы Регистра?

Отвечая, Жан Д’Анюа был сама безмятежность и спокойствие.

— Нет… но…

— Успокойтесь, маркиз, я лично проводил регистрацию и могу вас уверить, процедура была соблюдена полностью. У герцога действительно есть наследник, и артефакт подтвердил наличие родственной связи.

Алан усмехнулся, надо же, как Люций распереживался. Понять можно, только что титул герцога уплыл у него из рук неизвестно кому. То, что у Даниэля не было детей, полностью утверждать нельзя, слишком долго прожил герой Последней Войны и далеко не все о нем известно, даже службе Дознания. И королевской семья стала гораздо позже его рождения. Так что иметь дальнего родственника являющимся племянником (-цей) или даже внуком (-чкой) в каком-то там поколении герцог вполне мог. Как и зачем отыскал, и почему столь важное событие прошло мимо внимания Службы, сейчас пока гадать бессмысленно. «Кстати, надо же уточнить, он или она…» Увы, де Бенсону опять помешали. Все тот же самый Люций.

— А где сейчас наследник герцога и почему он здесь отсутствует?

Вот тут Д’Анюа немного смутился, но на вопрос ответил:

— К сожалению, этого я сказать не могу. В настоящий момент из-за произошедших событий местонахождение Элинэ неизвестно. Мы планировали обратиться за помощью в поисках к Службе Дознания…

— Так, может быть он уже мертв!

Алан с неприязнью бросил взгляд на племянника короля. Подобное поведение, несмотря на понимание, уже выходило за рамки достойного. Эрик, похоже, подумал также и сейчас явно последует замечание. Очень неприятное, с учетом того, что его сделает король. Но тут уже сам председатель регистрационной палаты резко нахмурился, но вместо ответа положил руку на артефакт и с какой-то, пусть и едва видной, злорадной торжественностью произнес:

— Определить наличие зарегистрированной метки. Объект — Элинэ Сатинэль Люцифиано.

— Запрос принят. Обработка. Выполнено. Наличие действующей метки под данным идентификатором подтверждено.

— … И что это значит? — недоуменно спросил Люций.

Ответом послужил изумленный возглас одного из членов палаты, растерянно стоявшего рядом с Д’Анюа:

— Господин председатель, неужели… Кольцо Наследника?!

— Совершенно верно. И сказанное означает, что тот на ком оно сейчас находится — жив. Увы, местоположение артефакт не определяет. Если я смог развеять ваши сомнения, уважаемый маркиз, то прошу, присядьте и мы продолжим.

Недоумевающий шепот прокатился по рядам. А вот Алан напрягся. Сильно. Потому как знал, что это за кольцо. И главное, кому его одевают. Если до этого, проблемы были у Люция, то сейчас они коснулись короля. Напрямую. Хотя проблемы ли?! Артефакт действительно не человек и действует по строго заложенному в него алгоритму, не предусматривающему никаких отклонений. При этом решения обязательны для всех. И теперь сделанное Даниэлем уже не казалось напоминанием напоследок или попыткой хоть как-то продлить свой род, как подумал де Бенсон. Наоборот, только что услышанное прекрасно укладывалось в произошедшие ранее события, вернее, на ту помощь, что была оказана старым затворником, оказывается, не просто осведомленным о проблемах и врагах королевства, но и оказавшимся способным их решить.

Посмотрев на короля, который тоже знал, что это за кольцо, но пока соответствующих выводов не сделал, Алан наклонился к его уху и осторожно их озвучил. Эрик Люцифиано, непониманием, как стоявший у перил растерявшийся Люций, не страдал. Остановив повелительным взмахом руки порывающегося что-то сказать племянника, король посмотрел на председателя регистрационной палаты и, прищурившись, спросил:

— Я так понимаю, следующий вопрос о выборе опекуна?

— С-совершенно верно, Ваше Величество! — чуть запнувшись, с поклоном произнес Д’Анюа.

— И?

— Ваше Величество, я готов взять на себя такую ответственность! — неожиданно раздался старающийся не дрожать голос маркиза Д’Адуи.

Посмотрев на него, Эрик Люцифиано, как-то странно для окружающих улыбнулся и, вновь повернувшись к председателю, вопросительно приподнял бровь.

— Прошу меня простить, Ваше Величество, но им можете быть только вы.

Удивленный гул голосов и уже крик души Люция:

— Почему?!

Похоже, в этот момент во всем зале только трое прекрасно понимали друг друга: Главы Служб Дознания, Регистра и король. Но долго держать окружающих в неведении наверно чересчур жестоко. Король ведь не может быть таким? Только если совсем немного, чтобы чуть-чуть насладиться моментом исчезновения, хоть и на время, но все же серьезной проблемы. Так что пауза и…

— Пусть артефакт озвучит список престолонаследия. Первые две позиции, этого достаточно.

— Слушаюсь Ваше Величество.

Рука на матовом шаре, негромко произнесенный запрос и очередной шокирующий ответ:

— Список престолонаследия: Первый — Элинэ Сатинэль Люцифиано, Второй — Колин Тариэль Финист. Внимание, если коронация Элинэ Сатинэль Люцифиано состоится до достижения полного совершеннолетия, регентом будет назначен Карл Финист.

Дружный изумленный вздох всех присутствующих и осторожный выдох короля: «Спасибо дядя за эти несколько лет, что мой ребенок будет в безопасности…»

И уже вставая со своего места, Эрик Люцифиано, неожиданно вспомнив разговор в карете, спросил у Д’Анюа (ну и заодно добивая тех в зале, кто еще так ничего и не понял):

— Проясните только один до сих пор неозвученный момент. К сожалению, я не силен в определении интонаций. Так, это родная дочь или сын Даниэля?

— Конечно же… сын, Ваше Величество!

…

Провожая с поклоном уходящего короля и терпеливо пережидая уже привычно прострелившую спину боль, Глава Службы Регистра Жан Батист Д’Анюа позволил себе удовлетворенную улыбку. Он смог выполнить данное обещание, а сегодняшнее столь важное заседание поставило просто великолепную точку в многолетней службе королевству. Осталось подать уже подготовленное прошение об отставке. Но это будет завтра.