– Конец рекламы.

Они сидели молча, наслаждаясь коньяком. Он чувствовал, как по телу разливается приятное тепло. На Клер Та-унсенд приятно было взглянуть и приятно поговорить. Снаружи седой осенний полумрак затягивал улицу.

– Так вот насчет Дженни, - начал он. Ему бы не хотелось говорить о смерти.

– Да?

– Вы её хорошо знали?

– Думаю, как и все. Мне не кажется, что у неё было много друзей.

– Почему вы так думаете?

– Это сразу видно. Такая потерянная душа. Такая красотка, и совершенно потерянная. Боже, я отдала бы все на свете, чтобы выглядеть, как она.

– Ну, вы тоже неплохо выглядите, - усмехнулся Клинг и отхлебнул из бокала.

– Это все теплый янтарный жар коньяка, - сказала Клер.
– При дневном свете на меня без слез не взглянешь.

– Ну, это вы зря, - не отступал Клинг.
– Где вы с ней впервые встретились?

– В "Темно". Она пришла как-то вечером. Думаю, её пригласил какой-то парень. Во всяком случае, название и адрес клуба у неё были записаны на бумажке. Она мне её показала, словно входной билет, а потом просто сидела в углу и даже танцевать не хотела. Похоже было... как бы это объяснить... Была там, но словно её и не было. Вы встречали таких людей?

– Да, - ответил Клинг.

– Иногда и со мной такое бывает, - созналась Клер.
– Возможно, именно потому я и обратила внимание. Но как бы там ни было, я подошла к ней, представилась, и мы поговорили. Вполне нашли общий язык и даже обменялись телефонами.

– Она вам когда-нибудь звонила?

– Нет. Мы встречались только в клубе.

– А когда вы обменялись телефонами?

– Ох, очень давно.

– Что такое очень давно?

– Подождите, - Клер отхлебнула коньяку и задумалась.
– Ужасно давно, не меньше года назад.
– Она кивнула.
– Да, примерно так.

– Ладно, а что дальше?

– Ну, нетрудно было выяснить, что её мучает. Она была влюблена.

Клинг наклонился вперед.

– А откуда вы знаете?

Клер не отвела взгляда, продолжала смотреть прямо ему в лицо.

– Я и сама бывала влюблена, - устало ответила она.

– С кем она встречалась?
– спросил Клинг.

– Не знаю.

– Она вам не сказала?

– Нет.

– Никогда не упоминала его имени? Я имею в виду, в разговоре.

– Нет.

– Черт побери!
– не выдержал Клинг.

– Понимаете, мистер Клинг, она была как птенец, который учится летать. Дженни покинула гнездо и пробовала свои крылья.

– Понимаю.

– Ее первая любовь, свет в глазах, сияющее лицо, бегство в мир снов, мир мечты из этого серого мира...
– Клер покачала головой.
– Боже, сколько я видела таких незрелых девиц, но Дженни...
– умолкнув, она опять покачала головой.
– Она явно ничего не понимала. Это было дитя с телом женщины. Вы её когда-нибудь видели?

– Да.

– Тогда вы понимаете, что я имею в виду. Внешне она выглядела прекрасной женщиной. Но внутри... маленькая девочка.

– Как вы это представляете?
– спросил Клинг, подумав о результатах вскрытия.

– Об этом говорило абсолютно все. То, как она одевалась, как разговаривала, её вопросы, да, наконец, даже её почерк. Все словно у маленькой девочки. Вы можете мне поверить, я никогда ничего подобного...

– А что с её почерком?

– Ах, да. Подождите, я взгляну, где-то у меня есть.
– Пройдя через комнату, она взяла с кресла сумочку.
– Я самый ленивый человек в мире. Никогда не пишу адреса в записную книжку. Все бумажки складываю в неё и потом...
– Она порылась в маленькой книжечке.
– Ага, вот оно, - сказала, подавая Клингу белый листок.
– Это она написала в тот вечер, когда мы познакомились. "Дженни Пейдж" , потом номер телефона. Обратите внимание, как она пишет.

Клинг растерянно уставился в бумажку.

– Но тут написано: "Клуб "Темпо", Клаузер-стрит, 1812", - заметил он.

– Что?
– нахмурилась Клер.
– Точно, это та самая бумажка, с которой она в тот вечер пришла в клуб. На другой стороне она записала свое имя и телефон. Переверните её.

Клинг перевернул листок.

– Видите эти детские каракули? Такова была Дженни Пейдж год назад.

Клинг снова перевернул листок.

– Меня гораздо больше интересует эта сторона. Вы сказали мне, что это написал её парень. Почему вы так думаете?

– Не знаю. Это я только так думаю, что он послал её в клуб, и все. Это мужской почерк.

– Да, - кивнул Клинг.
– Я могу это оставить?

– Если хотите.
– Клер помолчала.
– Думаю, телефон Дженни мне больше не понадобится.

– Да, - ответил Клинг. Убрал записку в нагрудный карман.
– Вы упоминали, что она вас кое о чем расспрашивала. Какие вопросы она вам задавала?

– Ну, например, спросила меня, как надо целоваться.

– Что-что?

– Да. Спросила меня, что нужно делать губами, нужно ли открывать рот и пользоваться языком. И все это спрашивала, широко раскрыв невинные глаза. Знаю, звучит это невероятно, но она была всего лишь птенцом, не догадывавшимся, насколько сильны его крылья.