– Ты меня извини, но… Хотя бы потому, что ты мне даже не нравишься.

– Ты просто мне шанса не давала ни одного.

– И не собираюсь.

– Собираешься. Иначе бы рядом со мной сейчас не сидела.

Алёна могла бы разозлиться, встать и заявить, что уходит, но… не могла. Этот чертёнок был прав. Если бы она не собиралась давать ему ни единого шанса, она бы послала его в грубой форме ещё в машине.

– Потанцуем? – неожиданно предложил Никита, и в мыслях Алёны рефреном зазвучала его фраза: «Я тебя хочу». Вот так просто и легко он сказал ей эти слова, а она так же просто и легко не ответила ему, будто он имел право признаваться ей в подобном. Раздумывая о том, каково будет сейчас снова оказаться в объятиях Никиты, только уже на законных основаниях, Алёна смотрела в его лицо, и решала, стоит ли соглашаться.

– Здесь не танцуют, – уклончиво ответила, допивая коктейль и отрицательно качая головой на немое предложение бармена налить ей ещё.

– А меня это не волнует.

– И с каких пор ты таким бойким успел-то стать? – задала Алёна риторический вопрос, спускаясь с барного стула и подавая Никите руку. – Прямо альфа-самец на охоте.

Оказавшись с ним лицом к лицу, покачиваясь в такт мелодии, которая больше убаюкивала, чем настраивала на романтический лад, Алёна прислушалась к своим ощущениям. Возбуждения не было, и слава всем богам. Казалось, Никита способен будет почувствовать его до чёрточки, а ей совсем не хотелось давать ему лишнего повода думать, что он на неё так влияет. Он осторожно, но крепко держал её в своих руках, и это вызывало противоречивые чувства. От всё того же ощущения инцеста до едва уловимой взволнованности.

– Насчёт измены…

– Да?

– А ты уверена, что твой муж тебе не изменяет?

– Никит… Ну ты что, решил Кольку в глазах моих очернить? Некрасиво.

– Да нет. Просто интересуюсь. Статистика – вещь упрямая.

– Это та, которая говорит, что все мужики изменяют?

– Ну, примерно.

– Глупости. Частности никто не отменял. Нет, если бы я себя пяткой в грудь била и кричала, что мой муж, да никогда и ни за что – дурой была бы. Но доверие – тоже вещь упрямая. А если нет его, так и жить вместе тогда зачем?

– Круто. Вроде как и допускаешь, что всё может быть, но доверяешь?

– Да. А как иначе? – Она склонила голову набок и хитро посмотрела на Никиту: – Вот разведусь с Николаем, замуж за тебя выйду, доверять тебе буду.

От своих же слов во рту появился какой-то горький привкус. Доверять она ему будет… Даже если предположить где-то в несбыточных фантазиях, что они с Никитой будут вместе, долго ли эти отношения просуществуют? Пару лет, ну пять от силы. Только ей скоро за сорок будет, а ему ещё до тридцати взрослеть и взрослеть.

– Я бы не изменял.

– Самопиар – дело такое. Вот слушаю тебя и прямо верю.

– Верь. Мне верить можно.

– Я же говорила – похвалить сам себя ты не прочь. – Она устало вздохнула и отстранилась. Захотелось вернуться домой, чтобы попробовать уложить всё в голове по полочкам. – Ладно, Никитос, свидание наше к концу подходит. До дома докинешь?

– Докину. Всё же оно будет первым и последним?

– Ага. Но я не жалею, что оно было в принципе.

– Это главное. С остальным разберёмся.

Он расплатился, забрал её сумочку и набросил на плечи Алёне пальто. Настоящий джентльмен. И всё же ей очень не хватало этого в семейной жизни с Николаем. Никогда не хватало.

Зато это с лихвой компенсировалось другими вещами. До сих пор.

Или – нет?

Когда Алёна вернулась домой, первым делом отправилась в их с Николаем спальню, откуда доносился приглушённый звук от работающего телевизора. Она не стала переодеваться в ванной в попытке избежать ненужных расспросов, полагая, что их может не быть в принципе.

Муж обнаружился лежащим на их постели и играющим в телефон, который отложил, едва Алёна появилась на пороге. На экране телевизора фоном шла какая-то передача то ли про рыбалку, то ли про охоту. Ничего особенного, но от этой картины в душе Алёны родились умиротворение и тепло. Она подошла к кровати и скользнула к мужу под бок, устраивая голову на его груди. Прижалась крепко, будто Николая у неё собирались отнять.

– Чего-то случилось?

– Ничего. Соскучилась просто.

– А. Хорошо.

Он принялся щёлкать пультом, и у Алёны зарябило в глазах от калейдоскопа рекламы и сомнительных передач. Она зажмурилась и блаженно улыбнулась. Рассказать может ему о том, что за ней Никита ухаживает?

– Коль…

– М?

– А ты откуда ночью-то пришёл так поздно?

Она слышала, как сердце, размеренно бьющееся под её щекой, участило свой бег. Странно. Или это ей показалось?

– С работы. Дело было.

– А с каких пор на работе наливают и до утра почти держат? – Она тихо рассмеялась, давая понять, что это не претензия или не попытка устроить скандал. Не хотелось ей сейчас никаких скандалов, когда так уютно было рядом с Николаем в их спальне. Лежать, почти засыпая и болтать ни о чём.