Глава 1. Ужин
– Вау! Этот дом – просто произведение искусства! – восклицала бабуля, глядя на своего не менее восхищенного внука.
Остальные гости молча ходили по дому, озирались, трогали предметы интерьера и даже не пытались завести беседы друг с другом. В этом молчании было что – то: страх или, быть может, интерес. Дом был выстроен и отделан в викторианском стиле, что подчеркивало состоятельность хозяина.
– Псс… Эй парень! Положи эту шкатулочку на свое место, – обратился к чернокожему гражданину высокий мужчина в строгом костюме. – Я уверен, что ты никогда так небрежно не трепал бы в руках сумму, приблизительно равную миллиону. Я прав?
– Вот, черт! – шепнул паренек и трясущимися руками поставил вещицу обратно. – А почему Вы так уверены в ценности этой безделушки? Вы, должно быть, хозяин?
– Я, пожалуй, представлюсь. Мое имя Мартин. Мартин Брукс. Я – антиквар. К слову, такой же гость, как и вы все. – ответил мужчина с деловым видом.
– Господа! – раздался голос из соседней комнаты. – Хватит там лазить! Поглядите, что я нашла!
Голос доносился из гостиной. Господа цепочкой переместились на место, и удивление стало частью следующей минуты молчания. Посреди комнаты стоял прекрасный стол из красного дерева с подготовленным кушаньем на восемь персон.
– Смотрите не поцарапайте! – воскликнул антиквар Мартин. – Не хочу загреметь в рабство! Будьте аккуратнее! Это очень дорогая мебель!
– Сколько можно! – не удержался чернокожий, – Нам подождать, пока ты сделаешь перепись имущества? Или, может, сядем и познакомимся за ужином?
– Отличная идея! – сказал мужчина в солнцезащитных очках с хриплым голосом и, чем – то напоминающий детектива.
– Смотрите! – завопил внук бабули. – Все стулья пронумерованы!
– Ещё бы! – деловито отвечал Мартин. – Стол и стулья принадлежат руке одного мастера. Это единый мебельный набор.
– Давайте уже есть! – грозно сказала, с виду скромная, бабушка.
Гости расселись и принялись трапезничать. Первым в беседу вступил антиквар. Он довольно возмущенным голосом произнес:
– Вы что, блин, так и будете молчать? Только и слышу чавканье вместо ваших имен!
– Охохох. – усмехнулась бабушка. – Меня зовут Сара Тиллз, а это мой внучок – Дэнис.
– Пит! – представился чернокожий парень.
– Я Элис. – сказала женщина, кричавшая из гостиной десятью минутами ранее.
– Габриэль Гарсон! – пафосно представился условный детектив.
Так же за столом было еще два человека. Супруги Моника и Билл Клод. После того, как все гости представились, эта пара была самой активной в беседе. Они рассказывали о прелестях супружеской жизни языком счастливой пары.
– Я тоже была счастлива в браке, – умилялась бабушка Сара. – Но всему хорошему рано или поздно приходит конец. Муж умер, и я нашла успокоение в своем прекрасном внучке.
– Знали бы мы Вас поближе. – вступил Габриэль.
– В каком смысле? – заволновалась Сара.
– Не поймите меня неправильно, – отвечал детектив. – Если бы мы были Вашими знакомыми, и хоть немного знали Вашего мужа, то наверняка у нас отвалились бы уши от рассказов о мерзавце Мистере Тиллзе.
– Это вовсе не так. – полушепотом буркнула бабуля, но давать бешеный отпор собеседнику не стала.
– Я надеюсь, что вы закончили, господа! – сказал Пит и встал со своего места.
Затем, опершись руками о стол, он глянул на каждого из сидящих, и серьезным голосом сказал:
– Мы спорим! Просто спорим! Пустая никчемная болтовня! Но у меня два вопроса! Кто хозяин? И где он?!
Глава 2. Пробуждение
– С пробуждением, Тимми!
– Кто здесь? – бормочу я.
– Только не пугайся, – вновь услышал я женский голос. – Давай я оставлю тебя ненадолго, чтобы ты смог немного прийти в себя. Хорошо?
– Что всё это значит? – я был полон недоумения.
– Я ушла. Постарайся не нервничать. – голос этой женщины звучал спокойно.
Дверь захлопнулась. Шаги отдалились, и их звук вскоре затих. Я, наконец, понимаю, что не могу открыть глаза. Такое часто бывает, когда сильно устал перед сном. Где я мог так устать? Немного погодя я понимаю, что ничего не помню. Так стоп! Глазами – то я моргаю. Но почему так темно? Мое сердце забилось как у колибри. Я понял, что ослеп.
– Я ничего не вижу! – крикнул я, что было мочи.
Дай Бог памяти. Что случилось то? Ну как же так? Я слеп и беспамятен. Что это за женщина? Сиделка какая – нибудь? Да кто мне всё объяснит? Ладно, буду ждать.