— Ян предлагал встретиться на каникулах, — будто бы между делом бросил Тимур, когда мы уже готовились ко сну. Пальцы, которыми я осторожно втирала крем в лицо, замерли. Я сглотнула:

— А ты этого хочешь?

— А ты… Ты, нет?

— Почему ты переводишь стрелки на меня?

— Ладно, проехали.

Наверное, в тот вечер мне нужно было настоять на своем и довести наш разговор до какого-то логического завершения. Но я смалодушничала. Отступила. Потому что банально не было сил. Я действительно очень и очень устала. Два года практически без выходных. В постоянном напряжении, от которого к концу дня ломило в висках. Я не могла больше и не хотела что-то решать. Я хотела вернуть себе право быть слабой.

Третьего числа, как и было запланировано, мы отправились на встречу выпускников. Настроения не было, но отказаться мы не могли, потому что обещали быть. А слово мы всегда держали. Заведение, которое выбрали организаторы встречи, было довольно демократичным и располагалось недалеко от дома нашей классной.

Мы с Тимом подъехали в числе опоздавших. Зашли в зал, где уже вовсю гремел смех и звенели бокалы, и взмахнули рукой выскочившей нас встречать Ленке Ивановой. Несмотря на выступающий живот, двигалась она довольно прытко. Обняла сначала меня, потом повисла на Тиме.

Ну, красив, чертяка! Эх, где мои семнадцать лет, а, Алмазов? Я бы тебя увела. Прости, Катюха, ничего личного.

Я улыбнулась. Злиться на Ленку не было никакой возможности.

— Ага, увела бы, как же! Тимур кроме своей Белоснежки вообще никого не замечал.

— Было дело, — согласился Алмазов, пожимая руки собравшимся ребятам.

— Я уж думал, вы не придете, — раздался знакомый голос за спиной.

— Ну, здрасте! — возмутилась я. — Мы же обещали, Лёнь…

Жорин приобнял меня, но его взгляд был таким серьезным…

— Случилось что-то? — невольно сорвалось с губ.

— Что? Нет… Что со мной может случиться?

— А кто тебя знает! Может, опять развелся! С тебя станется, — встряла в разговор Ленка. — Ну, что вы стоите? Присаживайтесь! Вам тут Волков место отвоевал козырное. Подальше от сцены. Ну, и орет же музыка, а?

— А где он сам? — спросила я, переглянувшись с мужем.

— Да бог его знает. Сейчас, поди, явится. Ну, между первой и второй, как говорится, — снова взяла командование в свои руки Иванова.

Я только покачала головой. Обнялась еще с двумя школьными подружками и, наконец, опустилась на стул. Алмазов обошел стол с другого края, чтобы вручить классной букет и небольшой презент. Коробочку нежно любимых ею Chanel № 5.

Рядом отодвинулся стул, я покосилась в бок и наткнулась взглядом на изучающий взгляд Яна.

— Прекрасно выглядишь, — заметил он.

— О, Янка, ты где бродила? Тебе штрафная положена! — как черт из табакерки выпрыгнул Юрка Труш. Ян стиснул зубы и процедил:

— Меня зовут Ян, Юра. Повторить, или ты с первого раза усвоишь?

— Эй, да ты че? Я ж по-доброму! — нервно улыбнулся Труш.

— Так и я не сразу по зубам.

Юрка хмыкнул. Налил все же Волкову водки и вернулся на свое место. Ян махом осушил рюмку. Прижал к носу кулак.

— Не резко ты с ним? — тихо уточнила я.

— О, ты, наконец, решила со мной заговорить?

Я закусила губу и принялась гонять вилкой по тарелке скользкий маринованный гриб. Упрек Яна был справедливым. После тех признаний я… избегала его. Мы общались лишь по рабочим вопросам, которые не получалось перепоручить кому-то другому. И, наверное, мое поведение было непростительным. Но… я так и не разобралась в собственных чувствах. Точнее не так. Я знала, что мне нужен только Алмазов, но Ян… он давал мне такую уверенность!

— Перестань, Ян… Ты же знаешь, как мне тяжело.

— Тебе тяжело? Знаешь… Мы с Тиной расстались.

Я сглотнула. Дыхание оборвалось. Необратимость надвигалась на меня железнодорожным составом.

— Зачем? — прошептала я.

— Потому что я люблю тебя, Катя. И готов доказывать тебе это делом.

Я схватилась за бокал с шампанским. Жадно отпила. Как раз в этот момент за стол вернулся Алмазов и избавил меня от необходимости отвечать.

— Кажется, Нонне Игоревне мы угодили, — улыбнулся он и взмахнул рукой Яну.

— Это хорошо… — натянуто улыбнулась я.

Вечер покатился своим чередом. Мы ели, пили, хвастались достижениями и смеялись над неудачами, помянули умершего в прошлом году Егора Мерцалова, договорились скинуться его младшему сыну на путевку в санаторий, а потом всем классом взялись беззлобно подтрунивать над многодетной Ленкой. А потом все пошли танцевать. К удивлению, меня пригласил Лёня Жорин.

— Хороший вечер, — улыбнулась я, кружась в его сильных руках. Ленька был из простой семьи, и, кажется, он совсем не изменился, даже когда его бизнес попер в гору.