Мой дом находился в «зеленой зоне» – районе парков, развлекательных центров, кафе, игровых автоматов и прочих мест для развлечений и шоппинга. Я бежала легкой трусцой по практически безлюдному тротуару и пыталась понять, что нужно от меня типу в старых трениках, старательно делавшему вид, что пробежка – его любимый вид спорта.

Мужик с комплекцией шкафчика и высотой за два метра «вёл» меня практически от ворот дома, причем особо не скрывался. Кто он и для чего ему понадобилась моя скромная персона, я понятия не имела, а «хвост» на контакт идти не желал. Так и бежали.

За ближайшим углом я вспомнила уроки братьев, присела, нанесла ему удар по колену, и пока он пытался очухаться, прижала к стене еще одного громилу, приставив электрошокер ему к горлу.

– Скучно, мальчики? – мило улыбнулась я, косясь на застывшего сбоку от меня любителя бега.

– Мы от Эдгара, – стараясь не дёргаться, сообщил мой «трофей». – Он ждёт тебя в Академии.

Шокер исчез в кармане костюма.

– Нормально пообщаться было нельзя? – прищурилась я. – Захотелось в шпионов поиграть?

Мужики синхронно ухмыльнулись.

– О тебе столько слухов ходит, проверить захотели, – ответил «хвост».

Идиоты великовозрастные…

К «Аське» наша троица шла молча.

Эдгар Норейский считался в Академии личностью, несомненно, уникальной. Второго такого я, со своими неплохими связями и опытом, еще не знала.

Никто в Академии понятия не имел, сколько ему лет, из какой эпохи он прибыл и какими видами боевых искусств не владеет. Среднего роста, обманчиво худой, с глазами стального цвета и перебитым в нескольких местах носом, мужчина неизменно поражал при первой встрече каждого, не знавшего, с кем имеет дело. Да и знавшего – тоже… Я лично присутствовала на одной из тренировок и с отвисшей челюстью наблюдала, как, в общем-то, не особо накачанный мужчина успешно отбивал атаки трех высоченных лбов.

«Чистильщики» помещались в одном из подвальных этажей «Аськи». Я здесь появлялась лишь пару раз – особой нужды не было, так что сейчас осматривалась. Темные узкие коридоры, двери с черной обивкой и какими-либо опознавательными знаками, отсутствие окон. Не рабочее место, а настоящие казематы. Вот как в таких условиях можно нормально заниматься делом?

Мои спутники остановились возле одной из дверей, потянули ручку на себя, и когда дверь приоткрылась, предложили:

– Входи.

Вошла.

Внутри оказалась широкая, хорошо освещенная комната с высокими потолками. Ну хоть свернутое пространство, и то хлеб. Я уж думала, они в клетушках ютятся.

– Как отдыхается? – вместо приветствия поинтересовался сидевший в мягком удобном кресле Эдгар.

– Неплохо, но можно и на работу, – хмыкнула я, без приглашения садясь в кресло напротив.

Мужчина кивнул.

– Лори в курсе нашей встречи. Но в случае чего сделает вид, что ничего не было.

Так… А вот это уже интересно… Лори Унрен, мой непосредственный начальник и по совместительству родной дядя, конечно, любимую племянницу прикрывал всегда и везде, но если он сообщил, что в случае чего открестится…

– И куда?

– Твоя последняя командировка.

Я вздрогнула.

– Временная петля.

Ни один из агентов, даже самых молодых и неопытных, никогда не возвращался в те самые дни и в то самое место, в котором однажды побывал. Чревато это. Личность исчезала из Бытия. Куда – неизвестно. Но… Будто никогда и не рождался такой человек.

– Появишься через три дня после взрыва. Там сейчас работает пара из «Аськи». Они передадут тебе всю необходимую информацию и вернутся. А ты займешься делом.

На стеклянный столик, стоявший между нами, легла мини-флешка начала двадцать первого века.

– Здесь то, что известно.

Эдгар не убеждал, он понимал, что я соглашусь.

– Почему я? – уточнила я, кладя флешку в карман.

– Ты знакома с Ричардом.

Именно эта фраза вертелась у меня в голове до конца дня. То есть мне тогда не показалось. И этот «пират» действительно ошивался там… И вот во что я снова ввязалась?

В этот раз домовые, хоть и не знали друг друга, вновь выступили единым фронтом.

– Дура, какие девяностые, какая работа, какой Ричард, мало тебя Мартин с дружком использовали, – не выбирая слов, громко и эмоционально высказывал мне, писавшей в кабинете заявление на отпуск за свой счёт, Дарик. – Ну что ты молчишь, что молчишь? Хоть ты ей, идиотке этакой, скажи, – это уже в сторону Алекса, успевшего вернуться на работу, – ну куда вас дураков понесет?! Лизка, ты хоть понимаешь, что вечно везти не может?! А пираты эти – гады полные, на руку уж точно нечисты! Лизка! Что ты молчишь?!