— Вы опять надели это ужасное платье, — вырвалось у Грегори.

— Разумеется, я же шла гулять в парк с собакой. Вы что-то хотели? — она встала и скорее по привычке принялась отряхивать юбки, явно избегая его взгляда, ее голос звучал вежливо, не более. Он шагнул к ней:

— Вас так задели слова Майлза?

— Они не должны меня задевать, ведь это — правда, — она впервые подняла голову и посмотрела прямо в его глаза, — вы ведь хотите мне предложить стать вашей любовницей?

— Я… — он осекся, поняв, что все заготовленные речи просто вылетели из головы, — да. Как вы догадались?

— Это было несложно.

— Феба, — ему вдруг показалось, что все это неправильно, что он не должен так поступать ни с ней, ни с собой. Не зная, как закончить разговор, он просто шагнул к ней. Девушка покачала головой:

— Нет.

— Ты… ты отказываешь мне? — его изумлению не было предела.

— Да, милорд.

— Но… — он провел рукой по голове, взлохмачивая свои волосы, он не делал так с детства, — Я ничего не понимаю, вчера…

— Вчера… — Феба тяжело вздохнула: избежать объяснений и ненужных фраз, которые сделают расставание лишь больнее, не удалось. Он нахмурился:

— Это все Майлз, верно? Его слова тебя так задели?

— Нет, — грустная улыбка скользнула по губам, она так и не подняла голову, — Он лишь указал мне мое место.

— Феба…

— Ваша светлость, прошу, поберегите свое красноречие! — она выставила вперед руку, будто защищаясь, — Просто позвольте мне уехать.

Он замолчал, понимая, что потерпел сокрушительное поражение.

— Это твое окончательное решение?

— Да.

Грегори с шумом втянул воздух, внимательно смотря на девушку, стоящую перед ним. Его кольнула мысль о том, что с ее уходом он потеряет что-то очень важное, но он прогнал ее.

— Как пожелаете, мисс, — не в силах больше сдерживать обиду, он холодно поклонился ей и повернулся к дому, — я отдам соответствующие распоряжения.

— Не надо, — вдруг прошептала Феба. Он повернулся, и встретился с ее пронзительно-синим взглядом, — ничего не надо, просто снимите чары с ограды, и я уйду.

— Вас сопроводят до станции дилижансов, — таким голосом лорд-чародей отдавал распоряжения в своем ведомстве, требуя незамедлительного и беспрекословного исполнения приказа. Не дожидаясь ответа, он зашагал к дому. Министр заскулил, бросился было за хозяином, затем вернулся к Фебе, но девушка покачала головой:

— Нет, малыш, все правильно: беги и присматривай за ним, ты ему очень нужен!

Она несколько раз глубоко вздохнула, поморгала, прогоняя непрошеные слезы, и отправилась на поиски Курта. Надо было распорядиться по поводу их нехитрого скарба.

Грегори стоял в своем кабинете в королевском дворце и мрачно смотрел в окно. Дождь лил как из ведра. Как только Феба уехала, хорошая погода закончилась, и зарядил дождь, ливший уже третью неделю. Три недели после… надо перестать делить время на две части. В сущности, ничего и не произошло.

Она оказалась от того, что другие почли бы за честь. Другие… на свете много женщин, и ему давно пора выкинуть Фебу из головы.

В приемной послышались голоса, затем дверь открылась, и вошел его личный секретарь — молодой, подающий надежды маг:

— Ваша светлость, прошу прощения, но миссис Бёрджес…

— Скажи, что я занят! — разговаривать с Деборой не хотелось. После отъезда Фебы он вообще старался по возможности избегать ее и Адриана. После отъезда… Грегори дождался, пока мальчишка выйдет, затем сел за стол и откинул голову на высокую спинку стула. Работать абсолютно не хотелось.

Гишпанская инфанта прибывала через два дня, на столе лежали планы по обеспечению безопасности всех торжеств, которые пройдут по случаю воистину королевской свадьбы, а перед его взором все еще стояли огромные голубые глаза: «Просто позвольте мне уехать». И он позволил. Снял чары с ограды, отдал приказ слугам…

Стоя у окна своей спальни, он следил, как она садится в карету, до последнего момента надеясь, что она передумает и останется. Но Феба уехала. Министр поскуливал на своем диванчике, вторя скрипу колес экипажа, а потом три дня отказывался от еды. Не в силах оставаться один в пустом доме, граф Саффолд вновь вернулся в столицу, благо работы было много: угрозы гишпанского короля возымели силу, принц Мигель отбыл с инспекцией колоний, а инфанта Хуана, узнав, что у ее возлюбленного были еще две любовницы, порыдала и в отчаянии, даже не глядя, согласилась на все условия, выдвигаемые ее женихом.

С обреченным вздохом лорд-чародей придвинул к себе расписание торжеств и начал читать, ставя на полях заметки: на него и его людей ложилась вся работа по обеспечению безопасности мероприятий. Дойдя до пункта, в котором подробно расписывались детали встречи инфанты с момента, когда она сойдет с корабля, Грегори нахмурился, перечитал еще раз, выругался и, схватив лист, вышел из кабинета.

Дебора была все еще в приемной. Она стояла у стола, до хрипоты споря с секретарем за право войти в кабинет брата. Хорошенькая блондинка лет семнадцати находилась у нее за спиной.