Интересно все-таки устроена Вселенная. Если ты будешь думать о создании, с которым меньше всего хочешь встречи – то именно с ним она и произойдет. Существовал ли такой Вратарь? Конечно. Нет, не Молчун, хотя по мощи Старший Брат дал бы фору всем остальным, и даже не Ворчун. Им был Хмур.

Смертные на этот случай говорят: от любви до ненависти – один шаг. Забавно, учитывая, что никакой симпатии ко мне Хмур изначально не испытывал. Поэтому даже в других условиях наша встреча не была бы теплой. А уж сейчас…

Бывший напарник, видимо, почувствовал чужие эманации. А, может, исключительно мою, которую я даже не попытался скрыть. Я боялся Хмура. Ну, или опасался. Разница в терминологии невелика.

А вот Вратарь явно искал встречи со мной. Он развернулся, обвел взглядом всю честную компанию и вытащил меч. Ясно, душевного разговора не получится.

– Связался с отступниками, привлек Ищущих на свою сторону. И почему я не удивлен?

– Потому что ты скучный и не умеешь удивляться, – бравировал я. Вид вооруженного Хмура уверенности не придавал. – Брат, я не хочу драться.

– Брат? Ты? Мне? Не смеши. Ты не хочешь драться потому что знаешь, кто победит. Я несу правду, а ты пытаешься разрушить то, что Вратари выстраивали тысячелетиями.

– Ты несешь лишь невежество, – вступился за меня Авич. – Если один послушник может разрушить то, что выстраивалось тысячелетиями – так ли ценна ваша империя?

– Лживые знания опаснее, чем невежество.

К тому момент Хмур почти добрался до расстоянии удара. Потому Рунд бросился вперед, обходя Вратаря, а Авич достал свой клинок. И сразу же скрестил его с мечом Хмура.

Конечно, это было неправильно и глупо. Вратарь бьется с Вратарем. Не за высший идеал, не за некие блага, а лишь по недоразумению. Из-за расхождении в идеалогии. Потому что одни считали, что могут говорить и чувствовать, что хотят, а другие нет.

И вместе с этим мне почему-то стало жаль Хмура. Не сразу, а по истечении нескольких выпадов. Авич ничем не уступал своему оппоненту, мастерски парируя любую атаку. Тогда экс-напарник кастанул

Оружие Эха

, на что мой нынешний Брат ответил тем же самым. И призванные связки с копьями и мечами стали биться между собой.

Против

Шокового разряда

 Авич использовал лишь усиленную

Магическую печать

. И заклинание если не сожрало весь урон, то свело его к минимуму. На резкие и внезапные атаки с применением способностей, отступник отвечал не менее успешно. Даже

Раскаленный кулак

 свободной от оружия руки остановила такая же длань.

Выяснилось, что если брать опытного Вратаря, то ему без проблем мог противостоять такой же опытный Вратарь. Только у нас было преимущество в количестве. Что довольно скоро Хмур и ощутил на собственной оболочке.

Авич защищался долго, то ли испытывая оппонента, то ли чего-то выжидая. Но в какой-то момент все изменилось. Рунд, уже обошедший Хмура со спины, резким движением пнул того по ноге. Вратарь на мгновение потерял концентрацию и тут же благодаря сильному удару Авича, отправился в нокдаун. И Братья сразу навалились на противника, а к ним устремился Свет, обнажая меч. Мне вдруг стало понятно, что сейчас должно произойти.

– Нет, Братья, нет!

Если честно, в весомости моего слова были причины сомневаться. В компании отступников я без году неделя, лидером у них является Авич, да и Хмур не просто потренировать на моих товарищей хотел. Но при этом Братья прислушались. Свет вертел головой, смотря то на Авича, то на меня, а Рунд продолжал удерживать пленника.

– Седьмой, твое миролюбие начинает немного доставать, – сказал самый рослый из Вратарей.

– Авич, неужели ты не понимаешь? Если мы убьем Хмура, то дорога в Ядро нам заказана.

– Он прав, – неожиданно поддержал меня Рунд.

– Я вот только сомневаюсь, что наш Брат, – в голосе Авича послышалась издевка, – мирно уйдет отсюда. Но будь по-твоему.

Я унял дрожь в матрице, однако напрягся вновь. Потому что слова Брата расходились с делом. Авич взял меч поудобнее и нанес несколько быстрых ударов Хмуру, повредив его оболочку. Да что там – почти убив Вратаря. После этого он убрал клинок и поднялся.

– Сейчас все резервы его оболочки работают на то, чтобы залатать раны и спасти ему жизнь. Проще говоря, в ближайшее время он не вояка.

И это было правдой. Хмур лежал, почти не шевелясь, лишь изредка двигая рукой. Видимо, силился подняться, но внутренних резервов не хватало. Не скажу, что вышло тонко и изящно. Однако ранение – не равно убийство.

– Спринг, займись делом, – гаркнул Авич мейринке, которая стояла и смотрела на короткую потасовку с открытым ртом. Потерялась девчонка, если говорить коротко.