Обняв сыновей и дочь, затем ещё раз поцеловав жену, Рон забрался в королевскую модель винтоплана.

Путь в Ров Кейлин на самом скоростном винтоплане этого мира был не особо долгим — шесть с половиной часов лёту.

Крепость ожила — назначенная на экспедицию часть армии уже расквартирована и сейчас полируют всё вокруг, наводя блеск и устраняя разруху. Бронетехника и снаряжение подготовлено и по тихой грусти переправляется сейчас поближе к полюсу по временной железной дороге.

Боевой дух солдат высок как никогда — Рон распорядился организовать пропагандистские выступления актёров и музыкантов, подобные тем, которые устраивало командование во Франции, в бытность его простым солдатом. Эффект на до сих пор не окрепшие вестеросские разумы был ошеломителен — пропаганде верили, как раньше верили священникам Семерых или жрецам Красного Бога.

Рону было немножко не по себе, когда он видел людей, верящих в идею, которую придумал он сам. Это другой уровень. И ему на этом уровне некомфортно.

Выспавшись как следует, Рон проснулся к самому подлёту ко Рву Кейлин.

Встречало его всё командование, только хлеба и соли не было, а так торжественность на уровне.

— Ваше Величество, войска готовы к выступлению! — доложил Родрик Форрестер.

— Отлично. — кивнул Рон. — Завтра выступаем. Как дела у разведки?

— Противника не наблюдаем. Сопротивления доставке грузов не оказывает. — доложил старший сын Форрестера. — В результате снежной бури был потерян один разведывательный автожир, аппарат обнаружен, но лётчик не найден. Морская разведка докладывает, что наблюдает на побережье странную активность выживших одичалых.

— Интересно… — хмыкнул Рон. — А это точно одичалые?

— Воздушный разведчик морского флота наблюдал их поселение в семи милях от побережья, вроде живые. — доложил Родрик.

— Очень интересно… — снова хмыкнул Рон. — В рамках разведки не совершали каких-либо действий в отношении одичалых?

— Никак нет. — ответил Родрик. — Согласно директиве семьдесят восемь, никаких взаимодействий, исключительно разведка.

— Ага… — Рон как-то даже и не вспомнил о директиве, данной им в самом начале операции по стягиванию войск к Полюсу. — Ладно, я буду в Башне, занимайтесь.

*Две недели спустя. Северный полюс*

— Сука! Жопу отморозить можно! — просипел Эурон, вваливаясь в броневик и захлопывая дверь.

— А ты думал! Здесь самый север! — стуча зубами, поделился с ним Рон. — Хрен его знает, зачем я затеял это, но лучше решить проблему сейчас, чем оставлять это дерьмо на потом.

Продвижение было шикарным — отряды вихтов встречались, но зажигательные патроны и залпы зажигательных ракет творили чудеса.

Рон давно понял, что классическая ствольная артиллерия против мертвецов не особо эффективна, так как девяносто процентов осколков вихты переносят без заметных последствий. Зато к пламени они восприимчивы на все сто процентов, что и было учтено при разработке нового оружия. Точность, конечно, ниже среднего, но это не очень важно, когда работает много установок и по большой толпе.

Вьюга, минусовые температуры плохо сказываются на пусковом топливе — ракетам плевать, они и без этого обладают отвратительной точностью, но белый фосфор, который Рон начал производить только ради этих самых ракет, оправдывал все затраченные средства. Белый фосфор горит и под водой, и под снегом, и вообще везде, где есть кислород. Убойность, даже несмотря на суровые условия — сто процентов. Вихты полыхают как новогодние ёлки ещё до того, как успевают приблизиться к наступающей технике.

Логово Короля Ночи обложили форпостами, лишив его возможности для манёвра. Да и, согласно данным разведки, которым нет оснований не доверять, все наличные вихты собрались у логова, битва будет там. Они стягивались туда месяцами, со всего крайнего севера. Белые медведи, одичалые, даже моржи с морскими котиками — все, кого смогли поймать и поднять Белые Ходоки.

Армия, погруженная на большие полярные грузовики, ехала стремительно, ведь Рон поставил всё на один удар. Два дня назад началась масштабная бомбардировка Логова фосфорными бомбами и "Кандидатом-1", что проплавило ледяную гору насквозь.

Рон ехал на танке, с ним поехали Родрик Форрестер, Эурон Грейджой и Джон Таргариен, решившийся участвовать в операции, и это помимо штатного экипажа многобашенного танка.

Танк с легкостью пробил природную ледяную стену и въехал в толщу стоящих неподвижно вихтов. Хруст ломающихся костей и сминаемой плоти был слышен даже сквозь броню.

— Огонь, огонь! — Рон взялся за пороховой пулемёт, максимально точную реплику Виккерса пятидесятого калибра.

Патроны были изготовлены на патронном заводе отдельной серией, с напылением из валирийской стали. Всего их была тысяча, Рон посчитал, что должно хватить.

Вихты никак не реагировали на ворвавшуюся в Логово армию — танки давили их, экипажи расстреливали их из пневматических пушек и автоматов, а следом тянулась моторизированная пехота, разгружая из грузовиков станковые пневматические и пороховые пушки, переносные огнемёты и взрывчатку.

Вихты стояли неподвижно, падая от выстрелов, взрывов, загораясь в фосфорном пламени, сминаемые гусеницами и сшибаемые обсидиановыми штыками.

— Что за х№%ня происходит?! — Рон недоумевал.

Он не стрелял, приберегая крутые пули для крутых врагов.

— Они просто стоят! — озвучил очевидное Эурон.

— Ты же был когда-то капитаном корабля?! — спросил Рон.

— Да, был! — ответил Эурон. — А чего?!

— Да ничего! — отмахнулся Рон. — Следите за изменениями и палите во всё, что вихт или ходок!