"Не может быть! – ахнули миллиарды капилляров-нейронов. – Не может быть! Конечно, звезды и планеты меняются. Но почему это произошло с нашей звездой и нашей планетой?"

Второй Винновинг? Неужели никто не выжил? Зонд повернул сенсор к солнцу. В сердце звезды еще шли ядерные реакции, но об этом было известно еще за тысячи парсек. Зонд не ошибся: солнце остыло и уменьшилось в размерах, готовое вот-вот превратиться в спектрального старца.

Родная планета погибла, унеся в мир иной и создателей. А вместе с ними умерла и цель – донести до создателей известие, что существуют носители Истинного Языка.

Со смертью создателей появился и последний парадокс. Они сказали:

"Если возникнут проблемы, которые ты не сможешь разрешить, то возвращайся к нам. Мы поможем". Но последняя и самая главная проблема заключается именно в том, что теперь неоткуда было ждать помощи.

Наконец-то Зонд остановил свой нескончаемый бег по галактике.

Кирк, впервые выспавшись за последних три дня, вбежал на мостик и в мгновение ока очутился за спиной вулканца.

– Что это, черт возьми, за место? – с тревогой спросил капитан, всматриваясь в экран, где на фоне черного тела Зонда по-прежнему красовался "Галтиз".

Зулу, беспрестанно зевающий, уже сидел за штурвалом и изучал показания приборов.

– С большой погрешностью, капитан, – объявил рулевой, – можно сказать, что мы находимся на сто двадцатом градусе по галактическому диску, почти на той линии, которая соединяет Федерацию с Центром Шепли.

Может, попробовать импульсные двигатели? – спросил Зулу у капитана и занес руку над пультом управления.

– Осторожней, мистер Зулу! Попробуйте четверть импульса в течение одной секунды.

– Понял, сэр. Четверть импульса. Сейчас...

"Энтерпрайз" отскочил от "Галтиза" и пронесся мимо Зонда. Маневр удался: и ромуланцы, и объект оказались позади. Воздух оставался невесомым и прозрачным, и все, может быть, кроме Спока, с облегчением вздохнули.

– Как долго нам придется добираться до федерации, мистер Зулу?

– Месяцы по восьмому искривлению – удрученно покачал головой рулевой.

– Тогда мы можем оглядеться вокруг и посмотреть, где находимся, вздохнул Кирк. – Может быть, мы поймем, почему Зонд затащил нас в эту глухомань.

– Сейчас мы на высокой орбите вокруг какой-то окольцованной планеты, капитан, – доложил Спок. – Датчики указывают, что...

Внезапно погасли все лампы. Но через мгновение, благодаря защищенным энергоустановкам Скотта, зажглись вновь.

– Кажется, Зонд опять "зарычал", – устало заметил бортинженер.

– Сэр, с нами связался Галтиз, – доложила лейтенант Китти. – Но когда был сбой в энергопитании...

– У них нет таких защищенных энергоустановок, как у нас, – в голосе Скотти послышались нотки гордости.

Вновь замигали лампы, и корабль вернулся к первоначальному энергоснабжению.

– Потревожьте "Галтиз", лейтенант, – попросил Кирк. – Может, у них все в порядке с энергией. Между прочим, мистер Спок, что датчики говорят об этой планете? Может, это обиталище ваших суперкитов?

– Если и так, капитан, то их здесь больше нет, – произнес Спок, просматривая калейдоскопически быстро меняющиеся данные.

Лейтенант Китти в это время сообщила, что "Галтиз" не отвечает.

– Не знаю, родина ли это Зонда, – продолжал Спок, – но планета во многих смыслах необычная. Кольцо вокруг нее образовалось из фрагментов распавшегося спутника и до сих пор находится в стадии формирования.

Несмотря на крайне низкие температуры на всех широтах, эта планета, несомненно, из класса "М". Наблюдаются остатки кислородно-азотной атмосферы, но признаков жизни нет даже на клеточном уровне. Ледяной панцирь, покрывающий планету, очень древний; ему никак не меньше трехсот тысяч лет. Сенсоры показывают, что замерзшая вода когда-то была полна жизни.

– Может ли это кольцо из распавшегося спутника иметь отношение к охлаждению планеты?

– Неизвестно, капитан, но оба события, похоже, произошли в одну и ту же эпоху. Недостаток тепла, вызванный образованием кольца, не мог так драматично повлиять на оледенение планеты.

– Что же тогда превратило целую планету в холодильник? – удивленно спросил Кирк. – Температура должна была опуститься на... На сколько градусов? Пятьдесят? Сто?..

– Самая высокая температура на планете в данный момент – двадцать градусов ниже точки замерзания воды, капитан. Средняя температура еще на тридцать градусов ниже.