Шрифт:
— Ты мне ничем и не поможешь. — Внезапно успокаивается посетительница. — Новенькая? — И, не дождавшись ответа, продолжает. — Первый секретарь где?
— Сейчас выходной день и поздно. У нас два первых секретаря, который из них вас интересует? — Всё так же холодно отвечает секретарь.
— Тот, который «наш». Моя фамилия Новикова, мой паспорт у вас на столе. — Сделав глубокий вдох и выдох, объясняет посетительница. — Я родная дочь генерала Новикова. Моя фамилия есть в списках консульского учёта. Я — опекунша нашего несовершеннолетнего гражданина, который…
Через пять минут.
— … К сожалению, его телефон недоступен. — Секретарь консульства действительно поставила телефон на автодозвон, но вызываемый абонент не доступен. — Елена, я очень вам сочувствую, но в данных обстоятельствах ничем не могу вам помочь. Запрос в департамент полиции я отправлю по официальным каналам завтра. Лично вам, как гражданке, ничего в текущий момент не угрожает. Если хотите, можете до утра остаться на территории консульства, прямо тут на вилле…
— Совсем тупая? — Устало и невежливо перебивает секретаря Лена. — У меня подопечный пропал. Из коридора в отеле после перестрелки. Начальнику Департамента полиции и безопасности я могу позвонить и без тебя, напрямую. — Лена демонстрирует удивлённой секретарю экран смартфона, который пытается дозвониться до контакта с именем DHAHI TAMIM. — Проблема в том, что ни он, ни зам не берут трубки. А несовершеннолетний гражданин нашей страны оставался в коридоре отеля с полицейским нарядом, прибывшим на вызов, сделанный мной собственноручно.
— Давайте ждать первого секретаря, — твёрдо говорит секретарь консульства.
— Вот корова… — бросает в сторону Лена и набирает другой номер. — Ало? Папа, у нас проблемы…
Глава 39
14 вилла, 3-я улица, район Умм Эль Шейф, Джумейра, Дубай.
Генеральное Консульство республики К-н в ОАЭ.
Кабинет Генерального консула.
Высокая девушка, на которую смотрит второй секретарь консульства, продолжает говорить по телефону:
— … пап, Тамиму не дозвонилась. Не берёт трубу. Зам тоже. Ты можешь позвонить в Семью? Помоги…
— …
— Нет, они в больнице. Оба, Аська с ним в госпитале. Там Вовику экспансивным прилетело, чуть руку не отняли…
— …
— Да, госпиталь под охраной. Там что-то военизированное, я не понимаю в их форме.
— …
— Пап, я об этом и говорю. Есть трупы. Но мы защищались, вернее, Шурик нас защищал. И я понятия не имею, из-за чего всё. Мы вообще мимо шли по коридору, я случайно в дверь того номера стукнула: оступилась, рукой оперлась.
— …
— Хорошо. До утра останусь в Консульстве. Как приедешь, ты позвонишь. Поняла.
Высокая девушка разрывает соединение и задумчиво смотрит на второго секретаря:
— Не сочти за месть. Остаюсь у вас тут примерно до восьми утра. Потом отец прилетит. Показывай, где гостевая.
Старший полицейский после своего сеанса связи впадает в прострацию и задумчиво переводит взгляд с меня на своих подчинённых и обратно.
Всё, что может быть истолковано, как угроза, является угрозой. Которая должна быть нейтрализована. Лично в моих интересах как минимум установить оставшихся запертыми в комнате живых деятелей, как максимум — каким-то образом их нейтрализовать и обезвредить. По той простой причине, что я понятия не имею, с чего они напали на Лену с Аселей. Причём, я сейчас думаю, у них могло и получиться: появись мы на пять секунд позже, восемь жлобов двух девчонок точно бы в номер затащили и двери захлопнули. А там, с точки зрения человека с обычной физиологией, ищи ветра в поле.
Конечно, Лену и Асель я бы увидел и сквозь двери. Но, во-первых, они этого не знали. А во-вторых, они же ещё и двух человек в этом соседнем номере угробили? Ради нас? Непонятно…
И кстати. Присматриваюсь сквозь двери злополучного номера. Сказать всё местной полиции не могу, но что делать, кажется, знаю.
— Офицер, когда я захлопывал двери, там был один раненый пострадавший, — сообщаю «командиру» по-английски, указывая на двери. — Вы понимаете меня?
— Да, — односложно кивает он.
Слава богу.
— Мне кажется, я слышу его стоны. — Продолжаю. — Вы будете ждать штурмовой отряд? Или попробуем оказать помощь уже сейчас?
К чести араба, он думает ровно секунду. Затем разражается серией команд своим подчинённым и тоже вынимает ствол. Засовывая радиостанцию на место.
Молча отстраняю их в стороны:
— Сейчас дверь откроется, но я потеряю равновесие. Входите сразу.
Не даю им времени на размышление. Шаг назад. Концентрация. Адреналин на максимуме. Резонанс. УДАР!
Дверь только обшита железом, видимо, для солидности. А изнутри, слава Аллаху, оказывается деревянной. Замок прогибается, дерево крошится, а я повторяю удар ногой в район замка через полсекунды.
Проваливаясь в комнату вслед за распахнувшейся дверью.
Меня ручейками обтекают местные полицейские, которые, не смотря на некоторую тормознутость вначале, уже вполне ориентируются в обстановке.
С запозданием понимаю, что они очень неплохо подготовлены заочно и теоретически, но в этом благополучном и сытом городе (или стране?) им просто не хватает того, что Араб называет «оперативным опытом».