– А потом их самих придется спасать, - пробурчал Нолд, на что Босой отрицательно покачал головой, и пояснил, - за участие в операции им будет заплачено весьма щедро, так что опасность соразмерна. Если будет выбор между их жизнью и нашей, то никаких колебаний испытывать не буду.

– А как же правило «нельзя обижать новичков»?
– подколол его Нолд.

– А в чём противоречие?
– удивился Босой, - правило касается лишь того, что убивать и грабить их нельзя, а при возможности стоит чем ни будь помочь: рассказать об Улье, или хотя бы брошюрку сунуть, указать дорогу к ближайшему стабу, живцом угостить как минимум. При этом вовсе не обязательно делать это за даром, хоть я и другого мнения, и если взяться проводить новичка, то ни один иммунный не станет рисковать ради него жизнью. Выживет, - повезло, нет, - значит нет, при этом заставить его тащить рюкзак или идти первым там, где опасно, в порядке вещей и даже поощряется, так как чем раньше он поймет, куда попал, тем больше шансов прожить немного дольше.

– А эти вояки на нас не нападут, когда узнают, что большинство из них скоро превратится в кровожадных тварей?
– спросил Нолд, на что Босой ответил:

– Процесс отработан, так что проблем быть не должно, но ты всё же включи свою невидимость, и в разговор не вмешивайся до поры до времени.

Пропав из вида, Нолд продолжил беседу:

– И что происходило в предыдущие разы?
– на что Босой, поморщившись, признался:

– Фиаско. Сначала всё шло нормально, количество спасённых иммунных росло, они вполне успешно размещались на кораблях, которые пригоняли из бухты. Даже живца хватало, - собирали спораны с убитых зараженных перед самой перезагрузкой, и даже не всегда несли серьезные потери, так как гороха тоже хватало, и даже жемчуг водился. Но не всё было так радужно, - на каждого взрослого под конец по десять детей приходилось, продуктов, воды и топлива стало тоже не хватать.

– Сам я в процесс не вмешивался, - продолжил рассказ Босой, -предоставил им возможность жить как сами посчитают нужным, и курсируя между ними и стабами, и вот в очередной раз не нашел никого, - ни кораблей, ни их жителей, ни живыми, ни мёртвыми. После этого решил больше благотворительностью не заниматься, вычерпывая море ложкой, а докопаться до сути вещей, но пока что не преуспел.

Замолчав, Босой поднёс к глазам бинокль, наведя его на группу плав средств, показавшуюся вдалеке, грустно произнёс:

– Шоу начинается, - займите места согласно купленным билетам.

– Привет, Витя, - подняв левую руку вверх, произнёс Босой, - никак уходить решили?

– Привет и тебе, Паша, - ответил тот, - думаем ещё, а как тебя увидели и узнали, то задумались ещё больше. Я же тебя своими руками год назад в гроб запаивал, и на родину сопровождал, а ты тут совсем как живой. А с учётом этого и наличия демонов Батины религиозные заскоки оказались правдой?

– Как знать, как знать, - задумчиво протянул Босой, - только крылатых Валькирий мне тут не встречалось.

– Значит, треугольник?
– вылез с вопросом боец с «выхлопом» в руках, на что Босой, пожав плечами, ответил, - ангелы на руках меня тоже не таскали.

– Тогда что тут за место?
– вновь взял слово Виталий, на что Босой ответил, - местные жители называют этот мир Ульем, а данный конкретный регион Пеклом. Тут у меня несколько информационных брошюрок имеется, там коротко и доступно описываются местные реалии.

– Весёлого мало, - прочитав брошюрку, высказал общее мнения Витя, - и что ты можешь нам посоветовать?

– Совет такой, - ответил Босой, подняв за ручку пятилитровую канистру, и побултыхав её содержимым, продолжил, - живец это. В Улье им разбрасываться не принято, но для братьев по оружию не пожалею. Суть в том, вижу ясно, что заражение уже глубоко зашло, всех мутит и мысли путаются, а если принять рюмашку, то через пару минут кому суждено обратится, - обратится. Если при этом быть в воде и держаться за борт, то руки разожмутся, и несчастный пойдет на дно, а кому через пять минут полегчает, заберется на борт и будет жить дальше.

– А как мы можем быть уверены, что ты нас всех просто не потравишь?
– прищурившись, поинтересовался Витёк, на что Босой, пожав плечами, пояснил:

– Стаканчиков у меня не много, так что группами придется пить, и всё станет отчётливо видно. В принципе, можно и подождать, пока всё произойдет само собой, но неизвестно, сколько ждать. Плюс, в таком случае заражаются не все разом, а постепенно, и придется на глазах у детей друг друга валить.

– А с детьми как быть?
– напрягся начхим, до того слушавший молча, со скептическим выражением на лице, на что Босой пояснил:

– В Улье у всех, не достигших определённого веса, что-то порядка сорока - пятидесяти килограмм, точнее не скажу, заражение не проявляется, а вот после, - как повезет. Поэтому взрослых детей, - на общих основаниях, переходного веса изолировать по одному, остальных в кучу, и охранять.

– Не проще всю взрывчатку собрать и рвануть, безо всякой лотереи, или на берег вернуться, и честно погибнуть в бою?
– спросил хмурый здоровяк, на что Босой, пожав плечами, ответил:

– Тут уж сами решайте, но для Улья самоубийство вещь не оригинальная, а отправляться на корм заражённым просто глупая.