И все-таки Альберди первым опустил глаза. Его голова склонялась все ниже, а на лице да Сильвы появилось выражение торжества.

– Я... вас прошу, полковник...
– с трудом прошептал священник.

Да Сильва молчал.

Катарина в отчаянии взглянула на меня.

– Не отказывайтесь, - обратилась она к да Сильве каким-то странным, изменившимся голосом.
– Уверяем вас - это не подвох. Никто из нас троих не собирается мешать вам, если только вы предотвратите эксцессы. Я знаю, вы нам не верите. Но ведь никто не будет знать, что вы причастны к этому. У нас не будет никаких доказательств...

Хозяин бессильно развел руками.

– Чем я могу помочь? Прежде чем я туда доеду...

Катарина не спускала глаз с да Сильвы. Я видел, как каждое движение его лица наполняет ее то страхом, то надеждой.

Это длилось довольно долго, наконец хозяин не выдержал.

– К сожалению, я бессилен...
– сказал он, отводя глаза.

Катарина с ненавистью взглянула на да Сильву.

– Если вы откажете, то... то...
– она не докончила.

Да Сильва насупил брови. Но прежде чем он успел что-нибудь ответить, я вклинился в разговор.

– Я думаю, сеньор полковник сделает все, что сможет.

Я не хотел допустить нового обострения разговора.

– Не сгущаете ли вы краски, - да Сильва вдруг изменил тон.
– Ведь мы не знаем, добрались ли вообще эти люди до института. А может быть, они вернулись... Или просто выбьют несколько стекол и разойдутся по домам.

– А если они ворвутся внутрь? В лабораторию...

– Насколько я знаю, профессор Боннар сегодня уехал из института. Его видели утром в Пунто, а потом на шоссе, ведущем в столицу. В машине были сеньора де Лима и Марио.

– Речь идет не о них. В институте остались несколько сотрудников... Ведь сегодня воскресенье... А если они попытаются сопротивляться толпе? Не говоря уже о разрушении аппаратуры. Понимаете ли вы важность экспериментов, проводимых профессором Боннаром?

Да Сильва с интересом смотрел на Катарину.

– К сожалению, этого я не знаю, - вздохнув, сказал он.
– Но мне очень интересно... Ведь вы провели там ночь...

– Кончим, наконец, эту игру!
– нервы Катарины не выдержали.
– Сеньор да Сильва! Неужели вы не понимаете, что вам от этого все равно не будет никакой выгоды? Даже если...
– она осеклась, словно испугавшись собственных мыслей.

Да Сильва слегка улыбнулся.

– Вам очень к лицу это святое возмущение, - сказал он почти беззлобно.
– Несмотря на все, советую вам - берите пример с сеньора адвоката. Он среди нас наиболее разумный и скажет вам, что любое обвинение, высказанное в присутствии свидетелей, должно быть подтверждено фактами, иначе оно может обернуться против обвиняющего...

Продолжение разговора действительно не имело смысла, а время шло.

– Едем!
– сказал я, вставая.
– Сеньор полковник постарается сделать все, что в его силах...

– Разумеется, я попытаюсь... Я сейчас же пошлю несколько человек, подхватил да Сильва.
– Убедительно прошу вас, сеньорина, простите мою бестактность...
– поклонился он Катарине.

Она ничего не ответила и, отвернувшись от него, словно не замечая, поспешила за Альберди к выходу. Хозяин молча шел следом.

У самой двери он деликатно взял меня за локоть, задерживая на пороге.

– Благодарю вас, сеньор адвокат. Я не ошибся в вас, - сказал он шепотом, пожимая мне руку.
– И присматривайте за Долорес. Она должна молчать!

Я резко вырвал руку и сбежал по ступеням на площадку.

Катарина и Альберди уже сидели в машине.

Я взял с места и, проехав на полной скорости через ворота, повернул на дорогу.

Я был зол на да Сильву, на Долорес, на Альберди, Боннара, на весь мир. А прежде всего на самого себя. Как, собственно, могло случиться, что я позволил впутать себя в эту адскую интригу? А может быть, я зря нервничаю? Может, да Сильва в этот момент соединяется по радио со своими людьми? Может, понял, что это бессмысленно?..

Катарина думала о том же.

– Вы думаете, он предотвратит разбой?
– услышал я за спиной ее слова, обращенные к Альберди.

– Не знаю...
– тихо ответил тот. Он был совершенно разбит.

Я гнал машину. Наконец-то шоссе! Мы спускались с небольшой возвышенности. Сейчас институт будет виден.

Вдруг сердце у меня сжалось. Над лесом вздымалось в небо облако темного, плотного дыма.

Значит, да Сильва не успел. Да, очевидно, и не пытался. Пожар, по-видимому, начался еще тогда, когда мы ждали полковника. Он прекрасно знал об этом...