Тьфу! Небось из мозга жертв выудила информацию о старом мультике, вот теперь и развлекается.

– Прости, мне пора идти. Спасибо за совет!

– И тухлятину эту с собой забери – кикимора указала на труп ведьмы – Не хватало еще мое болото такой дрянью загаживать. И так уже хватает всякой пакости! Я за брошенные пластиковые бутылки мозг у этих придурков просто бы через задницу высасывала! Люди – самые грязные животные, какие есть на свете!

Я не стал обсуждать поведение грязных людей (у самого рыльце в пушку, хотя и стараюсь лишнего не пакостить, мусор всегда в пакете из леса уносил), пора было уходить. Время! Ночь июньская коротка!

Поблагодарив кикимору и сделав ей пару комплиментов насчет ее груди, бедер и попы, сравнив ее с фитоняшками и заклеймив их позором в сравнении с зелененькой (Она фыркнула и сказала, что я мерзавец и дамский угодник. Но ей, подлец, нравлюсь! И снова предложила залечь на дно в мягкую тину), я пошел к машине, думая по дороге о колдунах в общем и о себе в частности. Может и я стал бесчувственным? Может и я теперь не сопереживаю людям? Прежний Василий Каганов, сельский участковый, никогда бы не смог так легко отправлять людей на смерть. А я – могу! И что это значит? Значит, что я изменился. Сильно изменился! Я по-другому думаю, по-другому поступаю. У меня восприятие мира стало совсем другим!

– Ты черный колдун, хозяин! Не какая-то там белая ведьма! И за все нужно платить. За твою силу, за способность делать то, чего не могут делать ни люди, ни ведьмы, ни даже многие колдуны. И отправляя людей на смерть, ты подсознательно знаешь, что поступаешь правильно. Что это угодно твоему источнику Силы – Чернобогу. И ты выбираешь – или быть сильным, и значит – иметь все, что захочешь, или влачить жалкое существование, как та же белая ведьма баба Нюра. Чего она добилась? Что у нее есть? Жалкий домишко? Курица и пара десятков яиц от щедрых – в кавычках – клиентов? Ты – богат, и будешь еще богаче. Ты исполняешь свои мечты – все мечты, которые у тебя были и есть. Ну а то, что с Варей случилась беда…ну что теперь поделаешь? Нет роз без шипов. Вот если бы ты подготовился как следует, если бы не упустил колдуна – сейчас и Варя была бы дома, в твоей постели, а не…не знаю – где. Кстати, мы пробовали ее искать, ты наверное уже догадался. По ее волоску и…крови. Сам знаешь – какой крови. Так вот – мы ее не нашли. Либо ее нет в живых, либо…либо колдун закрыл ее колпаком невидимости. Она теперь чувствуется не как Варя, а как совсем другой человек. Вернее, так – она вообще не чувствуется, будто ее нет на белом свете.

Я промолчал. А что сказать? Да, я хочу жить богато – вкусно есть, спать под крышей хорошего дома, ездить на хорошей машине. И что, если для этого придется убить несколько нехороших людей? Они плохие люди! Им незачем жить! И я всегда был уверен, и сейчас тем более – что есть люди, которым незачем жить – они отравляют жизнь другим, как сорняки на грядке с огурцами. Выполоть к чертовой матери, да и все тут! А пацифисты пусть плачут, раз убеждения не позволяют им расправляться негодяями. А я – буду это делать!

Что же касается совести…она у меня чиста. Каждый несет наказание по своим «заслугам». Заслужил – получи! И если тем, кто исполняет это наказание оказался я – так что же с того? Кто-то ведь должен это делать! Почему не я? Судьба так распорядилась.

А еще – я спасаю и буду спасать хороших людей от болезни, от порчи. И это если не перевесит мои черные дела, то по крайней мере уравновесит. Уверен в этом. А там уж боги рассудят – прав я был, или не прав. Все получим той мерой, которой отмеряли. Аминь!

Кстати…до сих пор у меня один глаз карий, другой голубой. Были бы оба глаза карие – это значило бы, что я полностью перешел на темную сторону. Но этого не произошло. Значит…я посередине. И слава богам!

Кладбищенский встретил меня радостно, как старого друга, едва не бросился обниматься. И как всегда, с ним была свита из нескольких покойниц разного вида, рас и расцветок. Но прежняя фаворитка – дама из аристократок – все-таки сохранила свое место подле кладбищенского духа, и сейчас стояла рядом с ним, обнимая его за талию и улыбаясь мне будто старому, желанному знакомому. В общем – встретили меня вполне недурно.

– Мой друг! Колдун! Тебе опять что-то надо?! Мандрагор еще не вырос! Или тебе кладбищенской земли? Земли с могилы девственницы? У меня есть и могила отравителя! Очень я тебе скажу большая редкость, ценный товар! Всего за два ящика шампанского – целое ведро земли с отравителя! А для тебя…еще и кусочек гроба! Пропитанного соками убийцы! Ммм…замечательная вещь! В снадобье – незаменимо!

– Подарок тебе! – я приказал Прошке передвинуть труп ведьмы, труп сделал несколько шагов и упал к ногам кладбищенского духа. Тот хмыкнул и недоверчиво помотал головой:

– Труп ведьмы?! Да ладно?! Интересно! Очень интересно! Если ее положить в сухое место, замумифицировать…хорошее будет средство, можно продать колдунам и ведьмам. Что хочешь за нее?

– У меня украли женщину. Мою женщину. Колдун. Я ее ищу. Мне нужно узнать – жива ли моя подруга, а еще – вызвать душу этой покойной ведьмы и как следует ее расспросить – где искать колдуна. Поможешь?

– Вот как… – Кладбищенский сделал знак, одна из женщин, одетая то ли в саван, то ли в белую ночнушку встала на четвереньки, и кладбищенский дух уселся ей на спину, как на табуретку. Другая женщина встала позади него, вплотную, и он с облегченным вздохом откинулся назад. Получилось что-то вроде кресла.