– Что ты? – направился ко мне походкой хищника, но и я не дура, отступая по стеночки, двинулась от него и не на выход, а в глубь кабинета.

– Решила выяснить… – взглянула ему в глаза, продолжая отступать от него, в итоге между нами выросла преграда в виде стола. – Не подходите!

– А то что? – рассмеялся он, пытаясь ухватить меня за рукав. Схватила первое, попавшееся под руку, со стола и запустила в него. Мужчина успел увернуться, а пепельница, а это была именно она, шмякнувшись об пол, раскололась на две половинки. – Ты что творишь, засранка, ты такая? – взревел он.

– Ты кого засранкой назвал? – стало обидно, хотя в детском доме могли еще по хуже обозвать.

– Тебя! – обошел стол со стороны.

– Вам не стыдно? – перешла в другой конец стола.

– А у меня ничего не видно. – отозвался он. Следующей схватила какую-то фигурку, даже не представляя какую ценность она имеет для ее владельца. – Поставь на место! – рыкнул он грозно, что я даже подскочила на месте, а фигурка выскользнула из рук и сразу разлетелась на осколки, стоило ей только соприкоснуться с полом.

– Упс! – подняла на него невинные глаза, что-то похожее на взгляд олененка Бемби. – Пардон! Она сама!

– Слабоумная! – кинулся вдогонку за мной, перепрыгивая через стол, но я увернулась, показав ему средний палец.

Часть четвертая

Олег

Я зол! Точнее, меня охватила ярость! Эта фигурка была моим талисманом, напоминающая девушку, которую я лишился по своей же глупости. И эта девушка, Светлана, такая же хрупкая и нежная, как эта самая фигурка, от которой остались лишь одни осколки.

А тут еще эта идиотка со своим наглым видом и ухмылкой, мол так тебе и надо, но такого стерпеть не смог. С диким ревом перепрыгнул через стол, но блядь, она такая верткая, снова ускользнула от меня.

– Ты чего бушуешь? – неожиданно гаркнул Гром, стоявших в дверях кабинета, обозревая весь погром офигевшим взглядом.

В свое время думал, что и удивить его нечем, ан нет, все-таки есть чем.

– Ох! – первой отмерла девчонка и как спринтер оказалась за моей спиной, мертвой хваткой вцепившись в мою футболку.

– Аркадий, я немного занят. – отмахнулся от него.

– Как закончишь, позови. – развернувшись, стремительно вышел из кабинета.

Повисла тишина, в которой был слышен стук сердечка одной засранки. Извернулся и сграбастал в свои объятия, взвизгнувшую девчонку, в глазах которой плескался страх. Ну я так не играю! Словно дикая лань!

Даже завис на секунду, понимая, что вот эта самая малявка в моих руках все-таки чем-то меня зацепила. Не выдержав, прижал ее к себе еще крепче и поцеловал в эти манящие губки. Поцелуй оказался на деле сладко-волнующим, сводящим с ума.

– Фу! – скривилась она, стоило мне отстраниться от нее, чтобы глотнуть воздуха. – Обслюнявил всю! – вытерла рот рукавом куртки.

Меня всего передернуло от негодования, даже внутри что-то неприятно шевельнулось, ведь другие всегда были в восторге, а эта нос воротит, словно я заразный.

– Ты случаем, детка, не офигела?! – посмотрел ей в глаза.

– Что? Да это ты офонарел! – крикнула она.

– Ты зачем сюда приперлась? – в ответ заорал на нее.

Вся эта ситуация конкретно выводила из себя.

– Ты вроде, как работу предлагал? – тихо сказала она.

– Лимит исчерпан! – ответил, уже раскаиваясь, что связался с ней.

– Дяденька, мы так не договаривались! – гневно, раздувая ноздри, пропыхтела она.

– Мы вообще никак не договаривались! – взревел я, взбешенный ее “ дяденькой “ – Пошла вон! – указал рукой на дверь.

Она растерянно захлопала ресницами, молча развернулась и понурив плечи, поплелась на выход.

Плюхнувшись в кресло, наблюдал, как тяжело давался ей каждый шаг, даже противно стало от самого себя, что вот так, одним словом убил последнюю надежду девчонки на более лучшую жизнь.

– Маргарита! – окликнул ее. Девушка замерла на месте, не поворачиваясь, только по вздрагивающим плечам понял, что она плачет. Ругая себя последними словами, подлетел к ней, сгребая в свои объятия, прижал к себе. – Ну ты чего? – успокаивающе погладил по спине.

– Вы… Я… – сквозь всхлипы пыталась мне что-то сказать.

– Дурак я! – вздохнул тяжело. – И взять с меня нечего. – забравшись рукой под ее куртку, кончиками пальцев прошелся по ее позвонкам, ощущая их хрупкость, даже сквозь водолазку. – Маргаритка, выше нос. – она только крепче прижалась ко мне, обхватив руками меня за талию, уткнулась носом мне в грудь.