Ирина откровенно пожалела подругу, выдав ей народный антипохмелин. И собиралась сама. Побыстрее, работа не волк, укусит — и удерет.

— Макс сказал, они этого урода из клуба выкинут.

— И правильно сделают. Я бы еще и на кафедру к нему сходила, так, на всякий случай.

— Думаешь?

— Уверена, — кивнула Ирина.

— Хорошо, ты вчера поняла, что к чему. Как ты хоть догадалась?

Ирина вздохнула. Хорошо, она вчера этот вопрос обдумала, знала, что сказать.

— Да я хотела отпить. Но кола же, с пузыриками… и пузырей не осталось, и пахло уже не так. Может, он раньше во что горячее добавлял, типа кофе. Или в спиртное, как клофелин? Черт его знает… короче — пахло лекарством.

— Повезло.

— Даже не сомневаюсь в этом.

Люсю передернуло.

— Да уж. И есть-то там обмылок…

— Не во внешности дело. был бы он хорошим человеком, нашел бы свое счастье. И не такие Квазиморды женились. А это… козел.

— Не скажи. Небось, ни одна баба не давала, вот и…

— Плевать, — отрезала Ирина.

И помчалась на работу, на ходу накидывая форменную куртку.

На работе Ирина поделилась этой историей с коллегами. Петрович переглянулся с Сеней.

— Сень, у тебя там подруга есть? В этом институте?

— Ага. Она, правда, на другой кафедре, но…

— Не хочешь сходить, навестить?

— А пожалуй, что и хочу. Поболтаем, о том, о сем…

Ирина смотрела непонимающим взглядом, и мужчины улыбнулись в ответ.

— Ириш, ты же не будешь на него рапорт писать?

— Не буду, — согласилась Ирина.

Кому оно надо?

Служебная проверка в отношении самой Ирины, а вдруг она злобно оклеветала честнейшего и добрейшего, а заодно и мудрейшего философа? Толик-то от всего отопрется, свидетели были пьяны в лохмотья, от Люси тоже толку не дождешься… разве что на объяснительные всех изведут. Палка о двух концах получается.

— Вот. Законно мы сделать ничего не можем. Но институт — такое кубло, — разъяснил Петрович. — Мы можем поговорить с теми, кто кровно заинтересован. Вот, как Сенина девушка. А там… то ли он украл, то ли у него украли… кстати, а сам пузырек где?

Ирина задумалась.

— Кажется, кто-то его в костер пнул.

— А вот это зря. Надо было сюда и пальчики снять.

— Толку-то с того? — фыркнул Сеня. — Ничего нам те пальчики не дадут, да и прижать этого гада нечем. Никто ж не пожалуется. Но рассказать Маринке — я расскажу. Пошли, Ириш?

— А сегодня у нас пока нет вызовов?

— Козлина не прорезался. А визит в институт оформим, как работу с населением, он тоже на нашей территории.

Ирина кивнула и направилась вслед за Сеней.

Почему бы не сходить? Страна должна знать своих героев! И какие именно геройства от них можно ждать — тоже. Хоть кто не попадется, и то слава Богу.

Институт.

Забавно это иногда выглядит.

Пропускная система, турникеты, сотрудники ЧОПов…

Якобы — антитерроризм.

В реальности толку с таких мер, как с крокодила шерсти. Если учесть, что в каждом корпусе института есть штук шесть запасных выходов, до которых не так сложно добраться…

Камеры?

О, да!

Камеры есть. Вопрос — может ли вахтер постоянно наблюдать за ними? Не отрывая глаз от монитора?

Оставим его на усмотрение власть имущих. Вот Ирина бы точно не смогла, так ведь рехнешься.

И тем более, скромно промолчим, что пропуск можно взять у любого студента.

Подпоить, вытащить из кармана, тупо купить…

Вопрос — кому усложнили жизнь этими мерами?

Ответ. Только вахтерам и студентам. И то, последние регулярно через окна лазают, благо, те большие и легко открываются. Хорошо, пластик поставили. Это старые рамы было проще выбить, чем открыть, а новые… Все у нас для блага людей, все для их удобства.

Сеня предъявил на входе удостоверение, Ирина последовала его примеру, и вахтер пропустил их. Даже без вопросов. Разве что в журнале себе что-то черканул.

Вот еще…

Кто, куда, к кому… не стоит спросить? Карма не позволила? Э-эх…

Коридоры, студенты, атмосфера института, все еще не забытая… Золотое время конспектов, когда самой страшной проблемой был несданный вовремя зачет, а самой горькой бедой — тройка по высшей математике. Не ценила?

И не вернешь…

Да и не надо. Ну его…

Третий этаж, кабинет с табличкой на двери.

Сеня постучал, остановился в дверном проеме, так, что Ирина из-за его плеча еще ничего и не видела, и негромко поздоровался.

— День добрый. Марина, можно тебя ненадолго?