Я заметил, что один из мужчин, покачав головой, начал выбираться из толпы. Он сильно отличался от окружавших его людей. Был какой-то незаметный. На нем не было перстней, не было дорогой расшитой одежды. Но шел он спокойно и уверенно, преисполненный достоинства. Казалось, никто его не замечал. Я видел, что от него исходит золотистое сияние. Именно это в первую очередь привлекло меня. Я увидел, как он зашел за угол здания и провел рукой по стене. «Так он же открывает дверь!» — догадался я и метнулся к мужчине со всей скоростью, пытаясь пролететь за ним в дверь. Мне это удалось. Мы оказались в большой светлой комнате, за столом сидел молодой воин. Он вскочил на ноги и быстрым движением выхватил меч, который висел у него на поясе.

— Кто ты и как здесь оказался? — властно обратился он к человеку, открывшему к нему дверь. Тот низко поклонился.

— Я Целитель этого города. Город остался без Великого князя и, кроме него, обо мне никто не знает. Городу нужна помощь, и я пришел к тебе. — Слегка поклонившись ответил он.

— Почему ко мне? Я здесь чужой. В отсутствии князя решение принимает вече. Иди, и с ними разговаривай, — воин недовольно поморщился.

— Вече — это шумная, испуганная толпа, не способная принять самостоятельное решение. Ты хоть и молод, но опытен. Ты и управлял, и участвовал в сражениях. Ты Князь, внук Ольгерда. Сейчас ты самый знатный из оставшихся в городе. К тебе прислушаются. Поговори с боярами на вече, скажи, что тебя поддерживают и Дух, и целитель и оба хранителя. Они отдадут военную власть в твои руки. Я не вижу более достойной кандидатуры. А я тебе помогу сдержать натиск войск и дождаться князя с подкреплением. — Достаточно твердо и при этом напористо проговорил мужчина.

— Отец мне рассказывал о Духе. Я немного представляю, кто ты. Так какую помощь ты можешь оказать мне и городу? — Не много добавив интереса в голос спросил князь.

— Я сделаю состав для питья, настоянный на моей крови. Он сможет излечить раненых в бою воинов. Правда, тех, кто будет легко ранен. Иначе его не на многих хватит. Хранители поделятся живой водой, и в бою смогут участвовать старые бойцы, которые уже, в силу возраста, не могут долго держать меч. — Постарался объяснить целитель, но видя на лице воина недоверие уже добавил, — Остей, на тебя вся надежда. Помоги этому городу.

— Что ж, Целитель, я тебя услышал. Ты дело говоришь. Думаю, ты прав и я постараюсь возглавить оборону вашего города. Приходи сюда же вечером, — произнес Остей задумавшись на мгновение, затем кивнул целителю отпуская его. Целитель снова поклонился, и провел рукой по стене. На глазах удивленного молодого князя в стене появилась дверь, я снова попробовал пролететь за ним и мне это удалось, однако я опять оказался в той же комнате, где целитель общался до этого с Остеем.

Судя по всему, на дворе был уже вечер. На столе, нещадно чадя, горело несколько масляных ламп, за окном был слышен шум голосов. Остей вошел в комнату и сел, погруженный в свои думы. В стене проявилась дверь, и в комнату зашел целитель:

— Слышал я о твоем успехе, князь Остей. Ты правильно все сделал, — сказал он слегка поклонившись.

— Да, военная власть в моих руках. Семью князя Дмитрия я отпустил к нему, а мы теперь готовимся к обороне. Я подтвердил указ вече никого не выпускать из города. Нам нужен каждый человек. К нам движется войско Орды под управлением хана Тохтамыша. Войско сильное, но и стены у нас крепкие. Мы должны продержаться. Когда я получу твое зелье? Войско будет тут дня через три. — высоко подняв голову с властными нотками произнес он.

— Завтра с утра я доставлю его тебе в терем, — ответил целитель.

— Так тому и быть, — согласно кивнул Остей. Целитель, молча поклонившись, вышел в свою дверь. На этот раз мне удалось пролететь за ним.

Я оказался в тесной, полутемной комнате. Тут поместилась небольшая лежанка, судя по всему, именно здесь он и спит, и стол с табуретом. Стены самой комнаты необычно светились золотистым светом. Целитель устало опустился на табурет и достал из-под стола кувшин. Только сейчас я заметил, как он плохо выглядит. Впавшие глаза, похудевшее лицо. Он взял со стола нож и, полоснув себя по руке, стал сцеживать свою кровь в кувшин. Рана зарастала на глазах, и Целитель, тихо ругаясь сквозь зубы, снова полоснул себя ножом. Некоторое время я наблюдал за этим длительным и мучительным процессом, но вдруг меня снова перенесло в другое место. На этот раз я оказался на одной из стен. Я завис над плечом уже знакомого мне Остея. Рядом с ним стоял воин:

— Князь, все посады пожгли. Воду и смолу кипятим. Камни приготовлены. Нам есть чем встретить ордынцев, — слегка запыхавшись произнес он.

— Хорошо. Как скоро они будут здесь? — Твердо спросил Князь.

— В полдень ждем. Они быстро идут. Все на лошадях. Но ров и наши стены им будет непросто преодолеть, — слегка покачав головой ответил воин.

— Зовите меня, как появятся, — и князь, бросив взгляд за стену, на сожженные и кое-где еще дымящиеся дома и дворы, стал быстро спускаться во двор.

Я решил полетать вокруг и осмотреться. Спустился вниз. У стен стояло много народу. Здесь были не только воины, но и много простых, плохо одетых, мужчин и женщин. У большинства из оружия были только рогатины. Было солнечно и жарко, многие сидели в тени домов и дремали. Народ был на удивление спокоен. Того шума и гама, что царили здесь пару дней назад, не было и в помине. Одни спокойно сидели, привалившись к стене, и ели пирожки, другие, собравшись небольшими компаниями, о чем-то переговаривались. Некоторые мастерили самодельные щиты из необструганных досок. Я удивился этой тишине и умиротворенности. Среди воинов ходил батюшка с большим крестом на шее и осенял крестным знамением будущих защитников, что-то приговаривая.