Торкель взял вилку и снова принялся за еду.

– Когда же вы их найдете? – услышал он ее вопрос и решил завершить разговор, окончательно и бесповоротно.

– Я не могу обсуждать ведущееся расследование с посторонними, и если у вас нет других тем для разговора, я предлагаю всем занять рот едой, – проговорил он и почти демонстративно склонился к своей тарелке.

Пийя замолчала.

Эрик почувствовал укол угрызений совести, но не мог не испытывать маленького удовлетворения. Он любил жену, однако ему редко доводилось видеть ее столь молчаливой. В прошлый раз это случилось, когда ее не выдвинули кандидатом в руководство партии.

Уже три года назад.

Следовательно, такое происходило не особенно часто.

В приезде Госкомиссии обнаружились дополнительные преимущества.

Себастиан стоял в дверях их маленькой комнаты и наблюдал за Ваньей. Ей, несомненно, требовалось подумать о чем-нибудь другом, а она сидела, ожесточенно просматривая выписки из свидетельских допросов Седера.

– Пойдем, – сказал он, шагнул внутрь и осторожно положил руку ей на плечо. Ванья с раздражением сбросила ее.

– Мне правда нужно в этом разобраться…

– Ты ничего не упустила, – проговорил Себастиан с твердым намерением не сдаваться. – Пойдем лучше прогуляемся.

Ванья подняла взгляд, в котором читалось все, кроме заинтересованности.

– Я знаю, что ты пытаешься сделать. Но это пройдет само, если только меня ненадолго оставят в покое.

Себастиан улыбнулся ей. Ему нравилось, когда она вела себя как подросток. Вероятно, в ее окружении это нравится не всем, но он ведь ее отец. Отцы упрашивают.

– Ну давай глотнем немножко свежего воздуха.

Ванья вздохнула, но, к его радости, встала.

– Ладно, но ключевое слово «немножко».

Они пошли через здание полиции. Чувствовалась несомненная разница с их рабочими помещениями в Крунуберге, где можно было, прошагав пятнадцать минут, даже не добраться до следующего этажа. Здесь же они оказались на маленькой парковке всего через полторы минуты.

– Куда ушел Торкель? – спросил Себастиан, когда они уже стояли на улице.

– Он собирался встретиться с женой Эрика, – внезапно слегка повеселев, ответила Ванья.

– Странный рабочий план.

Ванья покачала головой.

– Она не только его жена, но и председатель правления муниципалитета. Поэтому она, вероятно, посчитала, что заслуживает собственного брифинга.

Себастиан улыбнулся и даже слегка посочувствовал Торкелю. Он никому бы не пожелал разборок с супругами-политиками. Политическая игра при приезде Госкомиссии затруднительна уже сама по себе, особенно в небольших городках. Так что председатель муниципалитета, которая делит постель с местным ответственным за расследование, может оказаться испытанием не из легких. Вообще, складывалось впечатление, что положение с подобным урегулированием кризисных ситуаций с каждым годом усугубляется. Иногда казалось, будто работа Госкомиссии все больше и больше заключается в том, чтобы разбираться с политиками, властями и СМИ, и все меньше и меньше – в расследовании преступлений, которые им полагалось раскрыть.

– Что ты думаешь о Седере? – спросила Ванья, прервав его размышления. Себастиан вернулся к ней. Она, по крайней мере, чуть-чуть повеселела. Уже что-то.

– Он что-то скрывает, но семью расстрелял не он, – ответил он решительно.

Ванья, похоже, согласилась.

– Я не понимаю, почему Окерблад его отпустила. Что произошло бы, если бы он еще немного посидел?

У Себастиана вдруг возникла идея.

– Вместо того чтобы стоять тут и сетовать на прокуроршу-идиотку, давай лучше кое-что предпримем.

– Что же? Опять допросим его? Забрать сюда мы его не можем. У нас нет никаких новых данных.

– Особым умом он не отличается, поэтому, возможно, сразу по приезде домой что-нибудь придумает.

– Например?

– Не знаю. Но мы оба считаем, что он что-то скрывает. Возможно, он что-нибудь по этому поводу предпримет. Что-нибудь, достойное нашего внимания.

Ванья широко улыбнулась. Она, похоже, поняла, что он имеет в виду, и усмотрела в его предложении определенный юмор.

– Ты хочешь сказать, что нам надо последить за ним? – Казалось, Ванья с трудом сдерживает смех. – Нам с тобой?

Себастиан оживленно закивал.

– Ты когда-нибудь следил за кем-нибудь? – скептически спросила Ванья. – Ты ведь скорее из тех, кто подключается потом и загребает славу, – добавила она и попала в точку.

Он посмотрел на нее честным взглядом.

– Все когда-то бывает впервые, не так ли?

Они одолжили одну из машин полиции Турсбю без полицейской символики и поехали через городок в западную сторону, пересекли дорогу Е16 и продолжили путь на северо-запад. Вскоре их уже окружали лес и луга. Причем последних было больше, что плохо соответствовало выражению «бескрайние леса Вермланда». По крайней мере, так выглядели окрестности вдоль дороги Эстмарксвэген. Они пересекли озеро Чилен, и в местечке Родум Себастиану показалось, что Ванья начала столь же усиленно смотреть на навигатор, как на дорогу.