— Почему, чёрт подери, ты не можешь сделать это для меня? — проворчал он. — Просто держись подальше от Дитрини, Элисон. Это всего одна просьба, бл*дь…

Я раздражённо перебила его.

— Это не одна просьба, — сказала я, по-прежнему возясь с его рубашкой. — В последнее время так со всем, Ревик. Ты не хочешь, чтобы я участвовала в поисках Териана. Или Касс. Ты даже не позволяешь мне предоставить отпечатки по Касс… а я знала её всю мою жизнь. Ты не хочешь, чтобы я участвовала в поисках Тени или помогала им определить, кто это может быть. Ты не хочешь, чтобы я работала с Дитрини. Ты не хочешь, чтобы я разбирала устройство сети над шато. Ты не хочешь, чтобы я говорила с Лао Ху. Ты не хочешь, чтобы я поднималась на крышу, чтобы помочь Врегу с конструкцией. Ты не хочешь, чтобы я…

— Так побереги себя ради разнообразия! Отдавай приказы! Разве этого недостаточно?

— Почему? — я хмуро уставилась на него, закончив застёгивать его рубашку. — Почему я внезапно оказалась в принудительном отпуске? Это из-за проблем с моим светом? Я думала, ты сказал, что эта проблема определённо не носит постоянный характер? Что мне не о чем беспокоиться, и всё вернётся само собой? Или тут ты тоже соврал?

Ревик покачал головой, прищёлкнув языком.

— Я не врал.

— Только врёшь о причине всего этого.

Когда он поднял на меня мрачный взгляд, я невольно посмотрела вниз, замечая, как он выглядел, прислоняясь к столу и вытянув длинные ноги — пот заставлял рубашку прильнуть к его груди, становившейся всё более мускулистой, а его чёрные волосы прилипли к шее. Чем бы ни были вызваны его гормональные проблемы в последнее время, к сожалению, он явно не один страдал от них.

Должно быть, Ревик заметил мой взгляд или, может, увидел что-то в моём свете.

— Если ты хочешь трахнуться по-настоящему, то я забираю тебя наверх, — хмыкнул он. — И я не совсем шутил про ремень.

Запустив пальцы в свои волосы, он снова выдохнул.

— Мы можем перестать говорить об этом? — спросил он. — Всё хорошо. Я просто хочу, чтобы ты какое-то время поберегла себя. Разве это так сложно? — он с чувством взмахнул рукой, и его свет источал раздражение. — Gaos. У тебя полный отель людей, которые готовы делать за тебя всё. Почему, чёрт подери, ты не можешь просто поиграть в лидера и ради разнообразия держаться подальше от линий фронта?

— Ситуация с Дитрини — это одна из зон, где я могу действительно помочь, в то же время ничем не рискуя, — сказала я, сохраняя как можно более терпеливый тон. — Это не линия фронта. Далеко не линия фронта, — когда Ревик раздражённо щёлкнул языком, я его перебила: — Я пытаюсь прийти с тобой к компромиссу, муж, но ты не позволяешь мне найти компромисс. Ты пытаешься контролировать всё, что я делаю. Как бы я ни избегала полевых армейских операций и разведки, тебе всё мало. Ты хочешь, чтобы я заперлась в клетке, а ты бы приставил ко мне охранников 24/7?

Он наградил меня ровным взглядом.

Увидев его выражение, а также то, как распалился его свет, я рассмеялась.

— Иисусе. Теперь я подкидываю тебе идеи.

— Я бы не слишком возражал против такого, — сказал он.

— Оно и видно.

Покачав головой и щёлкнув языком, я посмотрела на свою одежду. Нахмурившись, я поправила длинную юбку на бёдрах и одёрнула свободную блузу, чтобы одежда прикрывала меня, как и положено. Ощутив очередной импульс жара от наблюдавшего за мной Ревика, я со вздохом подняла взгляд.

Подойдя к нему, я скользнула телом между его вытянутых ног и обеими руками дёрнула за воротник его рубашки.

— Просто скажи мне, что с тобой происходит. Пожалуйста, — увидев его непоколебимое выражение, я снова вздохнула. — Может, мне надо начать воздерживаться от секса. Похоже, давать тебе то, чего ты хочешь в этом отношении, не помогает данной проблеме.

— Помогает, — ворчливо сказал Ревик, окинув взглядом моё тело. — Поверь мне… помогает.

Я закатила глаза.

— Ну конечно. Само собой.

Он вскинул взгляд и поджал губы.

— Почему ты вообще хочешь поговорить с Дитрини? — спросил он. — Я думал, ты больше никогда не хочешь с ним говорить. Ты сказала, что больше никогда не хочешь его видеть… а теперь, ни с того, ни с сего, ты стала напарницей Балидора по допросам? Причём по допросам куска дерьма, который насиловал тебя несколько месяцев кряду?

Я нахмурилась, но лишь пожала плечами, не отпуская его рубашку.

— Почему ты так решительно настроен против? — спросила я. — Кому на данном этапе есть дело? Балидор говорит, что через несколько недель Дитрини уже не будет представлять угрозу. Скорее всего, уже больше никогда, — когда я увидела, как Ревик вздрогнул, я нахмурилась ещё сильнее. — Дело в вайрах? Ты действительно так возражаешь против использования их на Дитрини?

— Мне не нравятся вайры, Элли. Я тебе говорил об этом. Дитрини не имеет к этому никакого отношения.

Я закусила губу, кивнув.

Я знала, что Ревику они не нравились. Я знала это ещё на корабле на Аляске, когда он как-то раз выдал мне непрошеную двадцатиминутную лекцию на эту тему, и в то время я не могла понять причину. Более того, он сказал мне никогда, никогда и ни при каких условиях не пробовать вайры самой, и не доверять видящему, который сидит на них, особенно если у него развилась зависимость.