Темные силуэты брызнули водой, они окружили башню, готовясь к штурму. Вдруг один человек завопил, крики пронзили ночь.

– Готовьтесь, – сказал Старк.

Островитяне почти бесшумно повиновались. В городе послышались голоса, ударил барабан, загудел рог.

На набережной появились другие темные фигуры. Их мокрая шерсть блестела. Они суетились среди пловцов.

– Пора! – сказал Старк.

Люди Эстерна бросились к набережной, где их поддержали Сусминги.

Ворота города распахнулись, появились вооруженные люди и направились к порту.

– Пора! – крикнул Старк Эюду и выскочил из леса. Собаки Севера с лаем бежали за ним.

Горожане повернулись, чтобы встретить их лицом к лицу. Старк увидел темные лица, поднятое оружие. Он услышал рычание, хотя Собаки молчали, и бросился в самую гущу схватки.

Он смутно сознавал, что Эюд рядом. Островитяне не производили никаких звуков, не кричали с вызовом или от боли. Старку почудилось что-то сверхъестественное в этой немой ярости, особенно по контрасту с рычанием горожан, которые, хотя и были более многочисленными, начали быстро сомневаться, сражаются они с людьми или демонами.

Тем не менее, горожане защищались яростно до того момента, когда с берега хлынуло другое крыло армии и ударило по ним с фланга. В панике горожане начали отступать к воротам, пока высокий светловолосый человек не собрал их, чтобы отразить островитян. Старк некоторое время дрался с ним, пока толпа не разделила их.

Через несколько минут горожане уже были за своими стенами. Старк остался среди чавкающих Собак. Он бросил на них взгляд и отвернулся.

Маленькая армия ожидала, чтобы каботажные лодки вышли из порта, подгоняемые сусмингами и фалларинами, которые слегка надували паруса.

Более крупные суда Сангалейн стояли теперь на страже у входа в порт, чтобы воспрепятствовать всякому бегству в море. Островитяне пошли к берегу. Городские ворота оставались закрытыми.

Началась долгая погрузка.

Когда последние островитяне и джубарцы разместились на захваченных судах, Старк поднялся на свой корабль и заснул. Когда он проснулся, то странное выражение исчезло с его лица, и Аштон с трудом скрыл облегчение.

Корабли шли двумя раздельными группами. Им помогал попутный ветер.

Медные лучи Старого Солнца с каждым днем становился горячее. Ночью высоко поднимались Три Королевы. Приходилось приставать к берегу за пресной водой и часто приходилось сражаться. В море часто появлялись пиратские паруса, но они быстро удалялись, когда мощь флота становилась очевидной.

Педралон сиял свои меха и перестал дрожать.

Ни джубарцы, ни Сусминги не интересовались тропиками. По всему видно, что тропики, уже осаждаемые беглецами с севера и юга, были очень враждебны ко всем прибывающим. Но у Сенгалей не было другого пути.

Нужно было идти в Гед Дарод и надеяться на прибытие звездного корабля, обещанного Геррит.

Во время всего долгого пути по большому морю до Скэга они ни разу не слышали человеческого голоса по радио: одни только трески звездного пространства, где гигантские солнца беседуют о вещах, неизвестных человеческому.

Старк не думал, что Геррит могла его обмануть. Но в своей экзальтации она сама могла обмануться. Пророчества были обманчивым оружием, готовым обернуться против тех, кто им верил. Старк смотрел на старое Солнце и думал, что Рыжая Звезда, вероятно, последнее солнце, которое видит в своей жизни он и Аштон.

А потом… Одно событие заставило его подумать, что Геррит, возможно, и в самом деле все ясно видела в Воде Видения.

Страшная тропическая гроза ударила по флоту и затопила несколько кораблей малого тоннажа, в том числе и судно Старка.

Мачта сломалась и корабль стал тонуть так быстро, что они еле успели спастись. Передатчик и автоматы ушли под воду, оставив их, как и предсказывала Геррит, без голоса и других благ, привезенных из чужих миров.

Все были уверены, что им нужно добраться до Гед Дарода как можно скорее. Ферднал был единственным человеком на Скэйте, который мог говорить с небом.

Самой высокой точкой Верхнего города Гед Дарода были мраморные ворота дворца Двенадцати. Члены Совета могли сидеть там и созерцать оттуда свои владения.

Ферднал и пятеро других Лордов Защитников – старый Горел находился в объятиях агонии – стояли на этом возвышении. Ветер играл их белыми волосами и снежными мантиями. Они смотрели на Нижний город, серо-зеленую равнину, изборожденную дорогами паломников, сходящимися со всех направлений к Гед Дароду. Со всех северных дорог беспрерывно поднимались облака пыли.