До которого оставалось навскидку чуть меньше десяти шагов.

— Конечная! — крикнул Химик и вытолкнул опешившего меня наружу, прямиком под ноги психу, швыряющемуся пламенем.

Сами же Неудачники не стали задерживаться, и «Транспортер» снова рванул с места, стремительно удаляясь с неприлично большой для такой громадной развалюхи скоростью.

Впрочем, у меня внезапно нашлись дела поинтереснее и поважнее, чем любоваться грязным задом микроавтобуса и посылать ему вслед проклятья.

— А вот и жаркое доставили! — прямо как в самых дешевых боевиках проревел фаер, наставляя на меня свои руки-огнеметы и делая несколько шагов в мою сторону.

Какие, в жопу, мыльные сферы?! В смысле ему на руки, а не в жопу — я в тот момент забыл даже как дышать, не говоря уже о недавно обретенных суперспособностях.

«…огнеупорное, химически пассивное, устойчивое к повреждениям…» — вдруг отчетливо вспомнились слова завхоза Михалыча, выдававшего мне оранжевый спецкостюм.

— Сука, а вот и флэшбэки с наставником поперли — ну точно как в дешевых боевиках… — пробормотал я, левой рукой опуская на лицо очки, а правой натягивая на нижнюю часть маску-респиратор.

Надевать капюшон уже не было времени, так что я просто вскинул руку, прикрывая ей волосы от ударившей в меня ослепляющей струи пламени.

Снаружи заметно потеплело. Я бы даже сказал погорячело, но это оказалось вполне терпимо, хвала огнеупорному «МФК» от неизвестного производителя.

— Сдохни! — взревел мутант, и выпустил вторую струю пламени.

И сделал еще один шаг в мою сторону.

Разумеется, о своих супермыльных суперпузырях я так и не вспомнил. Зато вспомнил про удлиняющуюся супершвабру. Сорвал ее с пояса и резким движением выставил вперед, одновременно со всей силы вдавливая клавишу масштабирования.

И полуметровая дубинка удлинилась вчетверо, вытягиваясь и ударяя концом прямо в солнечное сплетение подобравшегося слишком близко фаера.

Тот вздрогнул и закашлялся, непроизвольно делая шаг назад и глядя на меня с обидой и недоумением.

Разумеется, я никогда не обучался ни владению шестом, ни даже банальной шваброй, так что больше никаких трюков в рукаве у меня припрятано не было. Но если тычок дрючком в дыхальце сработал один раз, то почему бы его не повторить?

Подумано — сделано.

Я снова вдавил кнопку и отставил руку назад, для замаха.

Двухметровая трубка уменьшилась до своей изначальной длины.

Фаер нахмурился и сделал шаг назад, быстро сообразив, что сейчас случится, и стараясь выйти из зоны поражения этого странного огнеупорного придурка, размахивающего коварной палкой-удлинялкой.

То есть меня.

Разумеется, я шагнул к нему, снова сокращая дистанцию.

Мутант вполне разумно отступил назад, и еще раз, и еще.

«Раз-два-три», — мысленно считая шаги, снова подошел я к нему, одновременно выбрасывая вперед правую руку с зажатой в ней шваброй-дубинкой.

И тут же второй рукой срывая с пояса пластиковый диск сложенной «МФЁ» и бросая ее за спину не на шутку озадаченного огнеметчика.

Удлинившаяся рукоять не достала до противника всего-то пару десятков сантиметров, потому что тот снова сделал короткий шаг назад…

И наступил прямо на коварный пластиковый диск, который тут же с громким щелчком разложился, превращаясь в обычное десятилитровое ярко-оранжевое ведро.

Фаер по инерции сделал еще один шаг, запнулся, споткнулся и завалился на спину, выпуская из обеих рук две яркие длинные струи пламени в небо.

— Повалить, оглушить и скрутить, — припомнил я инструкцию, снова уменьшил швабру до состояния дубинки и обрушил ее на голову мутанта, не позволяя ему опомниться.

И еще раз, и еще, и снова — лупил уже не глядя, а тот даже и не думал сопротивляться или жечь меня, а просто поднял скрещенные руки, пытаясь прикрыть ими голову от разбушевавшегося меня.

Я уже особо и не смотрел, куда там приходятся мои удары — стекло очков запотело, и видимость была никакущей, так что просто молотил куда-то туда, где моя швабра-дубинка натыкалась на что-то мягкое и вздрагивающее при каждом ударе.

— Эй-эй, хватит, прекрати! Ты же его так убьешь, придурок!

Кто-то схватил меня сзади за капюшон и с силой рванул, оттаскивая от поверженного мутанта. Между мной и лежащим телом возникла еще одна фигура — в идеально сидящем черном брючном костюме.

Мои пальцы разжались, и пластиковая рукоятка швабры с тихим стуком упала на асфальт.

— Псих! Идиота кусок! Вы где такого откопали-то! — визжал фаер, отползая назад, неуклюже перебирая руками и ногами.

— Ой да ладно тебе, сам же просился в больничку, на почиститься — вот тебе и повод. Все лучше, чем опять руку ломать.