— Вполне осуществимо. — ответила Суо. — Хочешь создать иллюзию тактильных ощущений и прочего?

— Именно! — не, идея реально гениальная.

И простая! Уверен, где-то уже додумались и ваяют изо всех сил. Да по-любому!

Но мы и не собираемся весь рынок под себя, я не собираюсь вливаться в эту гнилую компашку богатеев. Мне реально нужно зарабатывать стабильно, чтобы хватало на проекты. Ох-хо-хо, какие перспективы…

— Мне начинать проработку? — уточнила Суо.

— Обязательно! — заявил я. — И всяких андроидов откладываем на отдалённое будущее. Главное, чтобы Аркаша не охренел…

Аркадий Георгиевич Пелеев сейчас уважаемый человек, юный гений, который за два года раскрутился так, как не мечтали даже настоящие гении. Родители его в Москве живут уже год, по сети ходят ролики с демонстрацией Модели-1, разбор, попытки разгадать её секреты и прочий треш. Самого Аркашу одно время возили по всяким конференциям, где он темнил и отмалчивался.

Одно только мне не понравилось — журналюги начали копать и под меня. То есть, выяснили кое-что о наших с Аркашей взаимоотношениях, даже узнали, что я работал на него "курьером". В общем, журналюги они такие — даже по тонким ниточкам пройдут в поисках сенсации. Благо, ниточка оказалась слишком тонкой и они ничего не накопали.

Чувствую, что меня сейчас пасёт ФСБ, ну или скоро начнёт. Если даже военные контры легко вышли на мои дела с Аркашей…

Так или иначе, но бизнес-план у нас есть. Теперь осталось его как-то реализовать.

Главный затык — военные бизнесом заниматься права не имеют. Под научку это не подведёшь, хоть и первое время будет очень похоже. Надо решать вопрос заранее.

Пока что, думаю, сойдёт и Парис. Родители тоже бизнесом заниматься, как я понимаю, права не имеют. А Парис может.

Ох… Зачем я только так сильно углубился в конструкторское дело? Уже третью неделю торчу в мастерской и воссоздаю сломанные детали сотен наименований. Привозят сломанный образец, говорят что это и когда заберут — а я вынужден искать деталь в базах терминала принтера. И очень везёт, если эта хрень есть в базах. Но если её нет, то приходится вычерчивать её с нуля, полностью воссоздавая в чертёжнике, а по составу сплавов приходится копать инструкции и руководства. Конечно, моей квалификации уже хватает на такое, но менее муторным это всё от этого быть не перестаёт. Вот, например, с утра привезли карданный вал от "Гюрзы" — распечатал за три часа. А вот — коробка передач от танка Т-14. Они настолько старые, что их даже не ремонтируют. Мне кажется, это кто-то просто нашел на свалке сломанную коробку и решил приколоться надо мной. Но мне пофиг — сделаю, так как приказ.

Вообще, я прикреплён в качестве помощника к майору Анохину, но тот поработал со мной пару дней, понял, что я в принципе справляюсь, поэтому ушел к хренам, поручив выполнять все поставленные задачи.

Так и тружусь, а запросы всё приходят и приходят…

Из полезных навыков — 3D-кульманом теперь пользуюсь как ручкой. Ну и прогресс конструкторского дела охренительный. Суо отметила, что по нашему "секретному проекту" наметился прогресс, так как она подсмотрела серию новых для неё решений в воспроизводимых мною деталях.

По-сути, именно Суо рекомендовала молча выполнять работу, не пытаясь увильнуть. Так-то у меня есть тысячу и один способ откосить…

С Прасковьей в это время пересекался только у палаток, так как работали мы в разных местах. Я — в ремонтной мастерской, она — на общих началах тренировалась со всеми.

Отношение руководства к ней резко изменилось, так как папаша её попросил обращаться с ней как с обычным курсантом. Сейчас у неё весёлая жизнь, она сильно устаёт, жалуется, стонет, устраивает мне скандалы и винит во всём.

И мы не женаты. Хорошо, что работаем в разных местах, а то бы прострелил себе башку.

Но, в целом, терпимо. Не дай бог такую жену…

//Феодосия. Неделю спустя//

Дома всё в порядке, родители работают, Парис активно готовится к учёбе в Москве, где его уже очень ждут.

Вечером третьего дня отпуска, вывез его и Прасковью на мыс Ильи, что к юго-востоку от города. Живописное место, а главное, тихое.

— Что мы тут забыли, братец? — недоуменно спросил Парис, выходя из машины и пинком отправляя кусочек гальки в морское путешествие.

Тут когда-то, в тридцатые годы, планировалась реконструкция церкви Святого Ильи, но, с передачей управления псевдо-ИИ, строительство, большей частью спонсируемое правительством, было остановлено. Вообще, проект был начат РПЦ, но каким-то образом при участии государства. Затратно, даже расточительно, поэтому только-только введённый в эксплуатацию псевдо-ИИ, так сказать, не потерпел. Официально, стройку никто не замораживал, просто попы посчитали, что в одиночку они это не потянут. Сейчас действительно, не потянут, а тогда могли, но не стали. И зашибись.

Место очень красивое: краснеющее в закате море, великолепное мерцание, кричащие что-то между собой чайки, уходящая в море баржа, колышущаяся под легким ветром зелень на холмах и багровое солнце, уходящее в горизонт — аж в груди засвербило от красоты.

— Разве не прекрасно? — спросил я у брата, глядя на море.

— Красотища, не отрицаю. — согласился Парис, обведя взглядом море и берег. — Но что-то я сомневаюсь, что ты нам красоты показать хочешь.

— Правильно. — кивнул я. — Давайте сядем на лавку.