– Спасибо.- тихо поблагодарила я.

– На здоровье.

 Я включила фонарик и открыла книгу. Как и думала, в заголовке рукописного текста красовалось имя «Святибор». Ну что ж, начнём.

«В дни светлые, когда мир еще не был пропитан чёрной ненавистью исполина, гуляли Дети Матери Земли в мире Явном в облике человеческом, да и не чужды им были людские желания.

 Велес - старший сын Земли за все три мира в ответе был, слушал людей, да просьбам их внимал, мудростью и достатком одаривал. Многоликий, всевидящий, всезнающий хранитель Вед. Ничего взамен не просил, лишь только почитания Отца с Матерью. В мире Прави, на на Белой горе, с женой своей, Сварожьей дочерью Азовушкой, родил семь сыновей. Младший из них, златовласый Аргаст, при рождении пророчество от братьев старших получил. Что быть ему великим правителем на земле Праведной, и родятся сыновья его от простой смертной женщины. Да не будет после них больше роду его продолжения. Не породят сыновья Аргаста себе приемников, но после смерти своей телесной станут обладать силой равной Велесу. Так и свершилось. Повзрослел Аргаст, и узрел он в мире Навьем красавицу спящую - Эвелину, что уснула на сто лет, случайно коснувшись серпа Мары. И не мёртвая, и не живая в мире душ бестелесных хоронится. Полюбил Аргаст девушку. Поцелуем чудодейственным к жизни возродил. Но не захотели стражи Нави отдавать Аргусту Эвелину, не пустили её в мир живых. Пёс Семаргл, страж врат всех миров, встал на пути, да оскалился огненной пастью. Тогда обернулся медведем Аргаст, поборол огненного пса Семаргла и увез Эвелину по Калиновому мосту через красную реку Смородину в мир Явный. Бежали Аргаст с Эвелинушкой подальше от Белой горы да от Навьего мира. Долго шли, пока не увидали холм, который обнимала река ласковая да щедрая. На холм тот с небес сам Велес своим перстом указал. Где он земли коснулся, два камня появились: Велесов и Синь-камень. На Велесовом холме Аргаст и Эвелина дом себе поставили. Двух сыновей родили: Святибора и Моска. Люд, что мимо хотел пройти останавливался, облюбовывал земли богатые, корни пускал, да и навсегда жить оставался. Разрослась жизнь и еще на двух холмах рядом стоящих. Сыновья Аргастовы возмужали, стали править тем народом мудростью, что от отца и деда получили.

Но пришло страшное время. Все, как один, Боги встали против чёрного змея. Аргаст покинул жену и сыновей, чтоб с отцом и дедом сражаться бок обок. Погибли все до единого Дети Земли. А после и Мать уснула. И наступила суровая пора, когда от Белояра зависело воскрешение земли. Те земли, в которых он дух усопших привязывал - жизненную силу обретали, что без хозяина оставались - мёртвыми стояли. Поселяне Велесова холма совсем захирели. Святибор и Моск видели это и хотели помочь народу своему. Нечего терять было двум братьям. Не было у них наследников, не обременили они своих жён детушками. Сильные духом, но уж слабые телами, дети Аргаста перед смертным одром воззвали к себе Белояра. И упросили его, их души отдать реке да холмам, что для братьев были теперь дороже всего на свете. Долго ждать не пришлось. В тот же день отдали они свои жизни Белояру и привязал он душу Моска к реке, а Святибора к холмам. Не ожидал Белояр, что столь сильный дух был у братьев. Не ведал он, что они Велесовы внуки. Река, живой водой наполнилась и от хворей всех нуждающихся в один день излечила, а холмы покрылись лесами, что наполнились зверьём, грибами да ягодами. Исполнилось пророчество старших сынов Аргаста. Стали Святибор и Моск равны с Велесом по силе после смерти телесной. Не только на эти холмы и реку могущества братьев хватило, но и на все леса и воды в округе вплоть да Белой горы Алатырь. Род человеческий благодарен был такому спасению, от чего реку с тех пор стали звать Московой рекой, а холм с Велесовыми камнями на вершине - Боровицким. Никто более из людей не мог хозяйничать ни на реке той, ни на земле без разрешения Духов - Братьев. Иных Духов - помощников: лесных и водяных, Моск И Святибор в обиду не давали, но и своевольничать не позволяли.

 Через много лет вернулось в край цветущий исполиново зло. Подчинило Ярополка черной печатью. Ярослав же, сын Ярополка дал отпор тьме, упросив о помощи Святибора и Моска и всех их помощников. Не забыло зло, кто тогда его победил, и через время, набрав себе армию «Каменщиков», заточило братьев в камни, что на Боровицком холме стояли: Моска в Велесов, а Святибора в Синь- камень. Словно издевалось зло над братьями, упокоив их в камни, созданные их всесильным дедом.

Но не живёт тело без души. Так и без Святибора и Моска чахнуть стала земля, мелеть река, гибли звери, умирали люди. Тогда освободил исполин братьев, но чёрные путы на них надел, да к камням привязал. Словно собак на цепи держал. Простые люди, что сердцем чисты были, тянулись к камням, уважали силу, жившую в них, хоть и не ведали её и не видели воочию. Исцеление те камни дарили и телам, и душам. Не нравилось это чёрному исполину. Камни приказал от белокаменного города отвезти подальше друг от друга и скрыть от глаз людских долой».

Вот и всё! История закончилась. Я закрыла книгу Яров и выключила фонарик.

Дааа! Камни, камни, камни. Сколько ж секретов в них хранится?

Теперь я понимаю отца. Святибор - это не Семён, который дальше дома полномочий не имеет, и даже не Леший, что из леса на дорогу выйти не может, без ущерба для своей силы. Спасение Святибора, это практически спасение всех земель, расположенных на территории от Москвы до Эльбруса. О таком защитнике можно только мечтать. Но и сил на его освобождение потребуется не мало. Сомневаюсь, что моих хватит. Отец сказал, что этот камень охраняет специальная техника. Больше чем уверена, вся она наполнена чернотой под завязку. И наверняка чуть ли ни армия стоит рядом. Удивительно, что до сих пор нас никто не выехал искать. И как только я об этом подумала, Иван выкрикнул на весь салон:

– Всё, нас засекли. Блокпосты активизировались.

Григорий встал и подошёл ближе к водителю.

– До гаража далеко?

– Километров десять, но через пять уже стоит отряд и позади тоже. Нам мимо них не проехать. – спокойно произнес Сергей.

– Серёг, остановись.

Водитель затормозил и съехал на обочину. Кругом тёмный лес и ночная мгла, ни одного фонаря на дороге, но зато как на этом фоне ярко светили звёзды и Луна. Сзади спросонья забормотал Арс.

– Что случилось? Приехали?

– Приехали. – саркастический ответил Григорий.
– Так, ребята, мы в ж… Как будем из нее выбираться? Есть предложения? – сказал и уставился на Федора.

Молчаливый Федор, по-видимому, был главным стратегом. Или просто его безмятежный вид внушал спокойствие уверенность в успехе начатого дела.

– Блокпост у леса? – спросил он у водителя.

– Да.- ответил Сергей.

– Мы можем спешиться и пройти через лес.

– Ты как будто первый день замужем.
– ёрничал Григорий.
– Нас сейчас видят из далёких глубин космоса, следят за каждым поворотом головы. Мы сможем пройти мимо них только если невидимыми станем. – и выкрикнул с издёвкой, как можно громче. – У кого-нибудь есть шапка невидимка?

– Есть! – остановила его я. – Только не шапка.

Все уставились на меня и ждали продолжения.

– Велиока! Она, может нас скрыть из вида. Мы так с Арсом смогли из дома сбежать.

– Велиока? Это подруга твоя глазастая, которая лебедь? – уточнил Гриша, и ухмыльнулся.

– Ага. – с улыбкой подтвердила я.

– Нет, Ярина. Идти под защитой твоей красавицы в безлюдном месте, это всё равно что прятаться в темной комнате с включённым фонарём. – унял он мой радостный пыл. – От неё излучение будет идти, как и от всех активных духов. Это в городе каждый мобильник в кармане, столб или автомобиль фонит излучением, можно как-то спутать или не заметить маленькую волшебную птичку. Здесь лес. Машин и телефонов тут нет.

Но Федор не сдавался.

– А если кто-то посильнее, чем Велиока сможет на себя внимание забрать и запутать следы? Кто у нас в этом лесу из нечести? Простите, из Духов? – исправился он, глядя на меня.

 Иван заглянул в планшет, введя в поиске нужную местность, и выдал ответ.

 - Белка!

 - О-о-о!
– все четверо моих охранников состряпали такие лица, что стало ясно эта Белка ещё тот «добрый» дух.

– Мы с ней не сможем договориться. – покачал головой Сергей.

– А может, и сможем. Это мы раньше с ней были… хм... не в ладах. Но сейчас то совсем другое дело. – сказал Федор.