– Хорошо, слушай, а у тебя перчаток случайно не завалялись?

– Завалялись, – ответил он и выдвинул один из ящиков, – да не стесняйся ты, я же вижу, что получилось какое-то гавно… Это, скажем так, версия на скорую руку. Ха-х! Хороший протез я бы месяц делал.

Я очень обрадовался. Оказалось, что Оскард из тех людей, которые объективно оценивали результат своего труда. Ещё один плюсик в копилку его достоинств. После он поправил мне причёску, складки на одежде и даже натёр башмаки до блеска. Дал ещё пару советов, чтобы угодить даме. Первый заключался в том, чтобы показать Эсте будто у неё много потенциальных конкуренток, это, по идее, должно было заставить её поднажать.

Как такое провернуть Оскард тоже объяснил. Он сказал, что в какой-то момент нужно завести разговор о бывших и нахвалить одну из своих прошлых пассий. С его слов следовало и ещё, что не важно существовала ли девушка на самом деле, главное дать понять, что в ней было очень много хороших черт. Однако переигрывать не стоит, иначе есть большая вероятность обидеть собеседницу и схлопотать по лицу.

Сомнительный, конечно, способ. Вряд ли я им вообще когда-нибудь воспользуюсь. Да и к эффективности недоверие есть. Я за свою не долгую жизнь много книг прочитал, там рыцари предлагали принцессам сердца, клялись в любви, некоторые даже умудрялись убивать драконов. А Оскард прямым текстом объяснил, что нельзя давать даме понять будто бы она единственный вариант. Для меня это странно… Интересно, а все отношения настолько похожи на войну или политику из тех же книжек? Какие-то хитрости, обманы, нечестная игра. Лишь бы достигнуть заветной цели и плевать на средства.

По правде говоря, цель я для себя ещё не вывел. Подумаю об этом, когда мы с Эстой разойдёмся по домам.

И про это Оскард рассказал. Он всячески настаивал, чтобы я, как-нибудь не шибко навязчиво, но и без прямого вопроса, проводил её до дома. Вроде как, если она в негласно согласится, то это будет означать более высокий уровень доверия, нежели при отказе. Вот тоже ерунда какая-то… Можно же просто поговорить об этом и спросить простыми человеческими словами. Мда. Оскард пообещал мне потом целую лекцию про намёки рассказать. Говорил, что сегодня нет смысла начинать, ведь тогда я только сильнее запутаюсь.

* * *

Вот я и стою на пороге свинарника, смотрю на вечернее небо. Солнце вот-вот скроется за горизонтом, людей на улицах стало меньше. В кармане железная, не знаю, как назвать это недоразумение, – лапка или хваталка. За спиной мой верный друг, пытается закидать меня приободряющими словами.

За последнюю неделю я пережил событий больше, чем за несколько лет. Интересный мир, в котором мы живём. Простая покупка книга и так сильно изменила мою жизнь в лучшую сторону. Не хочу представлять, чтобы было не надумай я её купить. Наверное, так бы и сидел в своём домике, продолжая влачить бессмысленную вороватую жизнь.

Сейчас я чувствую себя прекрасно. Передо мной открылось столько возможностей. И плевать я хотел на эту руку. Клянусь сам перед собой, что овладею магией железа до такой степени, что движения левой кисти будет нельзя отличить от настоящей. Главное, чтобы Оскард не подвёл.

Я шагнул через порог и отправился к Чёрному Омуту. Находился он, понятно дело на реке, ненамного выше той заводи, где мы с Оскардом искупались. Берег у омута привлекал людей, любящих природу, неудивительно, что биомагичка выбрала именно его. Я и сам там часто бывал, правда ещё ребёнком с родителями. Мы часто отдыхали под громадными ивами, выросшими на берегу.

Очень скоро я добрался до назначенного места. Подошёл поближе и увидел силуэт человека, сидящего на поваленном дереве. Чёрт, я рассчитывал прийти раньше. Иду, присматриваясь, вдруг замечаю и второй силуэт, явно больше первого.

– Так… – шепнул я.

Глава 24

Подхожу чуть ближе и вижу, что на бревне сидят двое. Слегка пухлая девушка с каштановыми волосами, и очень крепкий мужик с сигарой в зубах. При этом он совсем не стеснялся пускать струйку дыма в сторону своей спутнице. Она покашливала, но слова против не говорила. Я около минуты за ними наблюдал. Нужно вежливо попросить их уйти, иначе всё пропало. Иду к ним, стараясь шагать, как можно громче, чтобы они обратили на меня внимание и не подумали, будто бы я подкрался.

Потребовалось сделать всего пару шагов. Услышав шелест травы и хруст сухих веточек, они обернулись.

— Каво приперси молокосос? Не видишь, мы здесь, — обратился ко мне бородатый амбал и харкнул в сторону.

— Да, мы так-то раньше пришли, — поддакнула курносая с большими щеками, — тикай, малец.

Думал они покультурнее будут. Знал бы, что мужик не из робкого десятка, может и не подошёл бы. Но теперь уже поздно, нужно действовать.

— Прошу прощения, а вы долго тут планируете оставаться? — спрашиваю максимально любезно, лишь бы, как я его оценил на первый взгляд, — туповатый здоровяк не захотел вступить в перепалку. На словах может я и ловчее, а вот в драке мне конец.

— Сколько надо! Хоть всю ночь, твоё какое дело? Иди-ка ты отсюдава…

— Может договоримся? — всё тем же доброжелательным голосом, предлагаю я.

— Муцок, прогони этого модника со смазливой причёской…

Модник? Смазливый? Ладно, это не самые обидные «комплименты», что могли прилететь в мой адрес. Выгляжу я правда лучше, хотя не назвал бы короткую причёску, без всяких зачёсов, смазливой.

– Но… – мне не дал договорить этот амбал:

– С-щас! – он встал, и тут я понял, что бородач выше меня на добрых сантиметров тридцать, а то и больше, — я сёдни злой, – сказал он и пустил дым мне в лицо.