Оба послушали длинные гудки. Потом включилась голосовая почта.

– Хорошо, – сказал Миша недовольно. – Завтра.

И добавил – как будто внутри черепа голос ему сказал «Будь мужчиной!»:

– Мне все равно, чья у вас очередь платить. Чтобы завтра деньги были. Завтра я приду со слесарем и, если денег нет, поменяю замок.

– Деньги будут. Вы что, Иру не знаете, – заверила Света и подумала: «Вот засранец». А еще потомственный москвич с интеллигентной бабушкой. Дверь закрылась.

Она поставила бутылку на стол. Села на диван, еще теплый от Мишиной задницы.

Набрала Ирин номер. Длинные гудки. Голосовая почта.

– Ирка, привет, это Светка, ты где? Тут у Миши кипеж. Ты деньги приготовила? Ты где?

А потом вспомнила, что уже это спрашивала.

Просто бывают такие дни, когда через жопу – все. Нужно было срочно смягчить контуры мира. Положила телефон на стол. Стала искать штопор. Выдвигать ящики, надеясь, что интеллигентная бабушка пила. Зазвонил телефон.

Видно, Ира.

– Привет, – невольно пыхнул в трубку Миша. – Я опять поднимаюсь.

Вспомнил о манерах: предупредил. И даже дождался, пока Света сама отопрет. Не тыкал своим ключом, как будто в квартире нет чужого человека. Это в нем было все-таки хорошо.

Миша снял ботинки.

– Послушай, я подумал. Ты права. Это все-таки не очень на нее похоже.

«Он что, в нее втюрился?» – удивилась Света. Или из-за штуки так беспокоится?

– Я деньги найду. Не проблема.

Еще какая проблема. Но что она должна была сказать?

– Это понятно, – быстро вставил Миша.

«А мне вот нет», – подумала Света: где найти до завтра штуку баксов, она не знала. Миша кашлянул:

– Давай в полицию звонить.

– Да найду я деньги! Что вы сразу!

– Не в этом дело. Я по-человечески.

«По-человечески замок не врезают», – подумала Света. Но сказала:

– Да все в порядке.

– Давай лучше позвоним.

Сообразил – поправился:

– Я позвоню.

Света пожала плечами.

– Звоните, если хочется.

Миша вынул телефон. Нашел на сайте номер горячей линии, куда предлагалось звонить, если у вас ушла бабушка в маразме, сбежала дочь-подросток или еще кто-нибудь. Дождался ответа. Объяснил. Очевидно, там спросили: вы муж? Потому что Миша ответил: «знакомый», потом – «друг». Света показала жестом: громкую связь. Миша выпучил глаза – не понял, потом сообразил – включил:

– …взрослая – девица-то ваша, – недовольно вещал голос.

– Ну и что? Взрослый человек тоже может пропасть, – Миша не убеждал, тем более не приказывал, он мягко доканывал. «Тоже метод», – подумала Света.

– Нет оснований для розыска, – отчеканил голос, но, видимо, опомнился, что говорит с человеком и о человеке, смягчился: – По знакомым, родственникам – искали?

– Нам некому больше звонить, – вмешалась Света. – У нее тут больше никого нет, в Москве.

– Иногородняя? – перебил голос.

– Ну да, – Свету неожиданно для нее самой задело.

– Ну так к родне скорее всего укатила. А вам сказать забыла. Или не захотела. А вы нас от настоящих дел отвлекаете, – с укоризной проговорил.

– Конечно, – вмешалась Света. – В другом городе…

Гудки.

– Ну, наверное, они правы, – промямлил Миша. – Линия-то горячая, они должны действовать четко, быстро и по правилам. Давай ее родне на всякий случай позвоним?

– Да не знаю я ее родни! Что вы из-за тысячи долларов, в самом деле! Сказала же – найду завтра. Послезавтра в крайнем случае. Дайте мне чуть-чуть времени.

Миша посмотрел от нее. На лице у него будто со стуком опустилась картонная дверка, как в киоске.

– Хорошо. Послезавтра, – холодно сказал он. И на этот раз ушел.

Штопор нашелся. Телефон опять зазвонил. Света проверила кто. Смирнова, мамаша того мальчика. К которым Ира ходила вроде няни. Света ответила, чувствуя, как под желудком зарождается холодок:

– Алло.

Желудок тотчас свело: Смирнова плакала. Хлюпала носом и шумно дышала. Света испугалась.

– Вы что!?

– Ира… Ира…

Свете стало жутко.

– Ты прости… Везде ищем… Полиция и Лера. Ира с Костиком ушла гулять…