Сначала отпала большая компания друзей, умудрившихся ночью удрать в деревню и разорить там трактир. Лорд Тариер выставил их из дома, напоследок произнеся несколько емких слов о поведении тех, кому предстоит служить империи.

Следующий претендент был удален по моей просьбе: я услышала плачущий шепот служанки, которую он взял в свою постель, не спросив ее согласия. Еще двое не смогли сдержать родовой гонор и устроили дуэль на заднем дворе, за что немедленно и были изгнаны. Хранитель должен иметь холодную голову, чтобы оберегать подопечную. Ничто не должно отвлекать его от цели, даже родовые склоки.

Постепенно количество гостей уменьшалось, словно само собой, а ведь никто из них еще не встречался со мной лично! Я проводила время в своих комнатах, покидая их только в наряде горничной. Огромный чепец с вислыми «ушами» прятал лицо, а бесформенное платье маскировало фигур и осанку. Я старалась вести себя незаметно, беззвучной тенью скользя вдоль стен, но шумные молодые лорды не обделяли вниманием никого.

Один отчитал меня за то, что я просто попалась ему на глаза. Второй сунул в карман передника монету, потребовав, чтобы я пришла к нему в комнату, когда взойдет луна. Третий просто шикнул так, что я подпрыгнула от ужаса и убежала под его раскатистый смех. Все эти мужчины вскоре уехали, несмотря на ворчание лекаря присланного Императором, чтобы присмотреть за отбором.

Гостей развлекали, устраивая конные скачки, прогулки на деревенские ярмарки и танцы. Я не появлялась в зале, но гостям этого не говорили, мои сестры, подруги и соседки с удовольствием танцевали, смеялись и кокетничали, не снимая одинаковых черных полумасок. Мелкое неудобство, которое компенсировалось любезностью кавалеров и моими фокусами. Стараясь создать впечатление, что я нахожусь в зале, я выбиралась на галерею и аккуратно посыпала танцующих цветами из люстры или разбрызгивала в воздухе капли воды так, что они сверкали, точно бриллианты.

На самом деле, мне не хватало сил превратить воду в настоящие камни, но придать брызгам вид камушков могла, и эта игра помогла вычислить еще парочку «лишних» – тех, кто принялся набивать карманы.

В конце концов в замке осталось всего семь человек. Один из них, лорд Десмонд, был настоящим роковым красавцем. Черные брови, карие глаза, модные тонкие усы и смоляные локоны, лежащие на плечах. Всегда безупречный вид. Я любовалась им, как произведением искусства, и не понимала, отчего так хмуриться отец и почему морщиться мама, когда лорд под различными предлогами настойчиво выяснял у слуг, где находятся мои покои. Слуги держались, но лорд не оставлял своих попыток.

Поразмыслив, я решила один день следить только за ним. Это принесло свои плоды. Прежде чем безупречный красавец вышел к завтраку, его камердинер и пара наших горничных буквально сбились с ног, приводя в порядок его одежду. Слуга даже получил оплеуху за плохо выглаженную рубашку и упавшую запонку. Это меня не насторожило, ведь когда я сама собиралась на танцевальный вечер или в гости, я тоже волновалась и могла заплакать или засмеяться.

За завтраком лорд Десмонд вел себя безупречно – поцеловал руку моей маме, и галантно произнёс несколько комплиментов тетушкам и дуэньям, прибывшим вместе с моими ровесницами. На мужчин-претендентов он обращал мало внимания, но, когда вставал, неловким движением сбил соусник прямо на скромный коричневый камзол соперника – лорда Илейна. Я заметила, что тот расстроился. Горничные шептались, что он прибыл с практически пустым сундуком, так что испорченный камзол был для него большой потерей.

После трапезы лорд Десмонд отправился на прогулку в парк, где собственноручно собрал букет роз, обещая вручить их только леди Фарине. Сестры и подружки лишь качали головами, не выдавая меня. Букет и сам жест мне понравились, а вот то, что случилось потом, сразу переменило мое отношение к этому гостю.

После чая мужчины отправились проехаться верхом. У нас всегда была хорошая конюшня, и гостям выделили спокойных крепких меринов и кобыл. Желая порисоваться, лорд Десмонд попросил себе жеребца – крупного рыжего, с темной гривой и блестящими карими глазами.

Дамы выстроились в стороне, не сводя глаз с красивых всадников, и тут жеребец споткнулся, заставив рисующегося лорда податься вперед, чтобы удержать равновесие. Шляпа с роскошным белым плюмажем упала в грязь, и кто-то из претендентов сказал что-то ехидное по этому поводу. Напасть на соперника на глазах дам Десмонд не мог, зато мог наказать за свою оплошность коня. Он огрел жеребца хлыстом – раз, другой… Несчастное животное взвилось и затанцевало на месте. А лорд не останавливался! В его глазах полыхала такая злость, что мне стало страшно, и я убежала, покинув укромный уголок, откуда наблюдала за происходящим. Меня душил страх, хотелось спрятаться, укрыться… и на дорожку посыпались огромные тяжелые покрывала, похожие на те, под которым я, будучи совсем малышкой, пряталась, когда мы с Мюриэл играли в гостиной. В панике я бежала, не разбирая дороги, пока меня не подхватил на руки отец.

Прижав к себе, он унес меня в комнаты, велев подать ромашковый чай. Только через полчаса я перестала трястись, а слуги собрали все покрывала, которые тянулись по полу коридора до самых моих покоев.

– Фарина, – в голосе высокого лорда слышалось беспокойство и легкая усмешка, – ты обеспечила замок теплыми одеялами на всю грядущую зиму. Расскажешь, что тебя так напугало?

Я рассказала. Выплеснула свой страх и боль коня, разочарование в лорде Десмонде и разрушение очередного детского представления о том, что красивые люди не могут быть плохими. Под конец рассказа я уже лежала пластом, не в силах шевельнуть рукой, а на ковре громоздилась груда вещей – хлыст, золотистый ковер, похожий на шкуру коня, зеркало, театральные усы, манжеты от рубашки, горсть камушков, похожих на слезы, и почему-то… конский хвост!