— Нет, Вам нельзя этого делать. Он мой. Я покончу с этим. — Торин потянулся к отцу и взялся за его голову.

— Торин, нет! — Я включила руны и бросилась к нему, повернувшись боком, чтобы сбить Торина с ног своим телом. Я пролетела через комнату и врезалась в книжную полку. Мое плечо ударилось обо что-то твердое, и резкая боль пронзила мое тело.

Я вскочила на ноги, но они уже исчезли.

Выродки. Я подбежала к отцу и потрогала его лоб. Он был теплым. Поднесла палец к его ноздрям. Он все еще дышал. Содрогаясь, я отошла назад и огляделась. Я повырываю им сердца. Всем троим.

Трясущимися руками подобрала все упавшие книги, а после открыла портал в зеркале, и прошла прямо в следующую комнату.

— Торин? — завопила я.

В зале никого оказалось, но я слышала шум воды в ванной. Каким надо быть чудовищем, чтобы клясться в любви, а затем пытаться убить моего отца за моей спиной. Я ворвалась в его комнату. Где-то на подсознании, я понимала, что с его комнатой что-то не так, но не стала заморачиваться. Он был в душе.

— Выходи сейчас же, ты кусок… — я дернула и открыла дверь как раз в тот момент, когда он выходил из душа. Вот только это был не Торин.

— Эрик?

— Привет, детка, — сказал он, улыбаясь своей пресловутой мальчишеской улыбкой.

Это был повзрослевший, более накачанный Эрик. На груди и руках у него были набиты нешуточные татуировки, — и это не были руны. Я распознала кельтские символы, включая трискелион.

— Ты пришла составить мне компанию? — спросил он.

Я сморгнула.

— Чт… как… что ты тут делаешь?

— В смысле? Я тут живу. — Он заключил меня в свои объятия и наклонил голову.

Это было неправильно. Этого не может быть даже в теории. Я подняла ногу, чтобы ударить его коленом и потеряла равновесие. Упав на плитку, ощутила боль в копчике.

И тут меня охватила паника. В ванной комнате была только я одна. В душе было сухо, а значит, секунду назад здесь никого не было.

Я схожу с ума. Я попятилась вон из ванной обратно в спальню. Это была комната Торина, с его рисунками байков, поставленных в рамки и развешенных по стенам. Но готова поклясться, пару секунд назад я видела здесь стол с фотокамерами и фотографиями на стене вместо рисунков.

Со мной что-то было не так.

Я выглянула в окно и увидела, как Феми только что подъехала на моей машине. Услышав, как я зову ее, она посмотрела наверх и помахала мне рукой. Я бегом кинулась вниз по лестнице и рывком распахнула входную дверь, чтобы внезапно столкнуться с толпой людей. Соседи. Знакомые со школы. Ведьмы с магазина. Тут я осознала, что на крыльце дома включен свет, а небо было темным и беззвездным.

Безумие какое-то. Секунду назад на улице светило солнце.

— Соболезную твоей утрате, Рейн, — сказала миссис Рутледж, трогая меня за руку.

— Утрате? Кто умер? — я поискала глазами кого-нибудь знакомого.

— Торин и его друзья, это ужасно, не так ли? — услышала я знакомый голос справа. Это была Кикер и другие девчонки с команды по плаванию.

— Бедная Рейн, — сказала Сондра. — Ее отца убил ее парень.

Кикер увидела меня и отошла от группы, чтобы обнять меня.

— Соболезную, Рейн.

Мои зубы уже начали стучать от волнения.

— Ты не видела Кору?

— Она была с Эриком в доме.

Опять Эрик? Истерика подкатила к горлу. Я точно схожу с ума. Другого объяснения не было. Попыталась протолкнуться через толпу, чтобы пройти к своему дому, но людей, казалось, становилось только больше.

Пошатываясь, пошла обратно в дом Торина. Теперь еще больше людей смотрели на меня с жалостью. От страха у меня был словно комок в горле. Каждый вздох давался мне с трудом, а воображение рисовало ужасные картинки.

Это все нереально… это все нереально… Это не может быть правдой.

Я повторяла это снова и снова. У меня были видения, одно за другим. Как это возможно, если я никого и ничего не касалась? Кто-то поджарил мне мозг. Портал в зеркале из зала Торина был открыт. И я прошла через него, безразличная к тому, что кто-то на поминках может увидеть меня.

Холодный воздух ударил в лицо, и у меня перехватило дыхание. Я стояла на крыше дома. Как и в моем первом видении. Было по прежнему темно, но я узнала дома вокруг и леса и горы вдали.

Торин, Эхо и Эндрис стояли на крыше, склонив головы. Хотя нет, не склонив. Они смотрели на что-то и негромко переговаривались. Я подошла ближе, но все равно не увидела, на что они смотрят. Теперь я немного успокоилась, так как знала, что все это лишь видения, но безумно желала, чтобы они прекратились.

— Торин, — прошептала я.

Он поднял голову и посмотрел прямо на меня, словно услышал, но когда его внимание привлекло что-то другое, я, наконец, увидела, с чего они не сводили глаз. Кельтские символы, нарисованные мелом. Такие же как на теле Эрика. И снова, я опознала трискелион.