Шрифт:
— А-ха-ха! — вскричал Прокоп. — Так вот что? И ты, ты воображаешь, что теперь-то я и отступлю? Как же, жди, пожалуй!
И прежде чем дядюшка Шарль опомнился, Прокоп растаял в темноте, бросившись к своей лаборатории.
Хольц молча последовал за ним.
XXXVII
Добежав до лаборатории, Прокоп хотел закрыть дверь перед носом Хольца, чтобы забаррикадироваться изнутри; но Хольц успел шепнуть: "Княжна!"
— Что такое? — моментально обернулся к нему Прокоп.
— Изволила приказать мне быть с вами.
Прокоп не в силах был подавить радостное удивление.
— Она тебя подкупила?
Хольц покачал толовой, и его пергаментное лицо улыбнулось впервые за все время.
— Подала мне руку, — вежливо ответил он. — И я обещал ей, что с вами ничего не случится.
— Хорошо. Есть у тебя хлопушка? Будешь охранять дверь. Никого ко мне не пускай, понял?
Хольц кивнул; Прокоп произвел тщательное стратегическое обследование всей лаборатории — достаточно ли она неприступна. Более или менее удовлетворенный, Прокоп выставил на стол жестяные банки и металлические коробки, какие только мог собрать, и, к немалой своей радости, обнаружил массу гвоздей.
После этого он взялся за работу.
Утром Карсон как ни в чем не бывало, не спеша, словно прогуливаясь, подошел к лаборатории Прокопа; уже издали он увидел инженера: сняв пиджак, тот, видимо, упражнялся на вольном воздухе в метаний камней.
— Очень здоровый спорт! — весело крикнул Карсон.
Прокоп мигом надел пиджак.
— Здоровый и полезный, — охотно отозвался он. — С чем пришли?
Карманы его пиджака сильно оттопыривались; в них что-то гремело.
— Что это у вас в карманах? — небрежно осведомился Карсон.
— Да так, хлорацид, — ответил Прокоп. — Взрывчатый и удушливый хлор.
— Гм. Зачем же вы носите его с собой?
— А просто для забавы. Вы хотели мне что-то сказать?
— Нет, теперь — ничего. Пожалуй, пока помолчу, — ответил встревоженный Карсон, держась на почтительном расстоянии. А что у вас в этих коробочках?
— Гвоздики. А тут, — и он вытащил из кармана баночку из-под вазелина, — тут бензолтетраоксозонид, новинка, dernier cri 1. А?
— Нечего им так размахивать, — заметил Карсон,
1 последний крик моды (франц.).
отступая еще дальше. — Нет ли у вас каких-нибудь пожеланий?
— Пожеланий? — приветливо переспросил Прокоп. — Мне хотелось бы, чтоб вы кое-что передали им. Прежде всего — что я отсюда не уеду.
— Хорошо, конечно! А еще что?
— И что, если кто-нибудь неосторожно тронет меня или вообще подойдет слишком близко… Надеюсь, вы не замышляете убить меня?
— Ни в коем случае. Честное слово.
— Можете подойти поближе.
— А вы не взлетите на воздух?
— Я буду осторожен. Еще я хотел вам сказать, пусть никто не вздумает ломиться в мою крепость, когда меня не будет дома. Дверь заминирована. Осторожнее — сзади вас ловушка.
— Тоже мина?
— Только диазобензолперхлорат. Вы должны предупредить людей. Здесь им нечего делать, ясно? Далее — у меня есть известные основания… считать свою безопасность под угрозой. Мне хотелось бы, чтоб вы дали распоряжение Хольцу лично охранять меня… от любого покушения. Охранять с оружием в руках.
— Ну, нет. Хольц будет переведен, — возразил Карсон.
— Что вы, — запротестовал Прокоп. — Видите ли, я боюсь оставаться один. Будьте любезны, прикажите ему…
Прокоп с многообещающим видом приблизился к Карсону, погромыхивая так, словно весь состоял из жестянок и гвоздей.
— Ладно, ладно, — быстро согласился Карсон. — Хольц, вы будете охранять господина инженера. Если кто-нибудь попытается причинить ему вред… А, черт вас возьми, делайте что хотите! Есть у вас еще какие-нибудь пожелания?
— Пока нет! Если мне что-нибудь понадобится, я зайду к вам.
— Благодарю покорно, — проворчал Карсон и поспешно ретировался из опасной зоны. Но едва он добежал до своего кабинета и отдал по телефону самонужнейшие приказания во все концы, как в коридоре что-то забренчало, и в дверь ворвался Прокоп, начиненный жестяными бомбами в такой степени, что на его костюме лопались швы.
— Слушайте, — заорал Прокол, бледный от бешенства, — кто дал приказ не пускать меня в парк? Или вы тотчас отмените этот приказ, или…
— Отойдите подальше, ладно? — выдавил Карсон, укрываясь за письменным столом. — Какое мне к черту дело до вашей… до вашего парка? Идите вы…