Шрифт:
– Марк! Да что, блин, с тобой? Ты меня пугаешь! То зависаешь, то клеишься, а теперь вот снова в симбиоз впал.
– Анабиоз.
– Чего?!
– Ничего. Забей.
Создалось ощущение, что его словно выпотрошили, а потом заново в попыхах собрали.
Увиденное стало для него оглушающим откровением. Пощёчиной. Финальной точкой.
– Короче, вот, я для тебя нашла этого чувака - Захар Брик...
– Дарина сунула под нос Марка телефон, но парень лишь отмахнулся, ошалело вглядываясь в рафинированное лицо напротив.
– Давай завтра распишемся?
– Чего-о?
– Что слышала. Прямо завтра, отец договорится. Без платья и всей этой хрени.
– Но котик...
– Или завтра или никогда.
Дарина посмотела на парня и, видимо, поняла по выражению его лица, что тот не шутит.
– Ну дава-ай, - чуть подколотые гиалуроном губы расплылись в счастливой улыбке.
– Ты псих, но я согласна.
Часть 74
– Простите, это моя остановка... Можно?.. Извините...
– стараясь никого не задеть и не испачкать, пробираюсь по тесному проходу переполненного автобуса, таща за собой чемодан на колёсах.
– Аккуратнее можно?
– раздалось гнусавое справа: грузная дама слегка за пятьдесят не без труда наклонилась и принялась отряхивать подол длинной юбки.
– Прутся со своими саквояжами!
Спокойствие. Только спокойствие. Мне нельзя волноваться.
Уговаривая себя сдержать эмоции, выбираюсь-таки из автобуса, не без труда вытянув за собой чемодан. На улице ливень - плечи сразу же намокли, как и волосы.
Холодно, промозгло... Где же этот Вадим!
Открываю ярко-красный зонт и, воюя с ветром, бегу под протекающую крышу остановки.
Вообще, Лидия Сергеевна сказала, что её сын заедет за мной на машине и заберёт с сумками прямо из дома, но узнав, какой крюк ему придётся для этого сделать, мне стало дико неудобно. Вещи я собрала быстро - их оказалось не так уж и много - поэтому позвонила и сказала Вадиму Игоревичу, что доеду сама до Донбасской, и он может забрать меня оттуда с остановки. Всё не тратить лишние полчаса на дорогу. Человек после тяжёлого рабочего дня, устал.
Теперь я о своём решении немного пожалела. Мало того, что тащиться с таким большим чемоданом в общественном транспорте то ещё удовольствие, так ещё непогода разыгралась, как бы не простудиться.
Застёгиваю верхнюю пуговицу пальто и поднимаю выше воротник.
Конечно, начинать новую жизнь очень страшно. В чужом доме, с незнакомой женщиной-пенсионеркой. Неизвестно ещё, как мы поладим и поладим ли вообще. Неизвестно, что будет потом, когда подойдёт время рожать. Что будет с учёбой, кто будет помогать мне с ребёнком, ведь мне нужно будет устраиваться на нормальную работу. Вряд ли Лидия Сергеевна будет платить мне столько, что нам будет хватать на двоих с малышом... Но не смотря на страхи, я не жалею, что ушла из "Адмирала", рано или поздно это всё равно бы пришлось сделать, и уж лучше сейчас, чтобы не встретиться вдруг где-нибудь в коридоре с Марком...
Его имя, даже не произнесённое вслух, словно режет по больному. И вроде бы ночь прошла и выплакала всё, что могла, а всё равно каждый раз, стоит только подумать, что он скоро женится, подкатывают непрошенные слёзы.
Ну сколько уже можно страдать по мужчине, который, по сути, никогда и не был полностью моим? Всегда существовала какая-то недосказанность, барьер, вероятность того, что всё одномоментно рухнет. Как же права была Светка говоря, что подобные мезальянсы словно карточный домик - дуновение ветра и всё разлетится к чёртовой матери. Но разве я могла даже просто подумать, что всё будет вот так?..
Ведь мы даже ещё расстаться не успели, а он уже был с другой. Это же... подло! Позвал на встречу в кафе, настаивал, а сам не явился.
Для чего ему это вообще было нужно? Зачем нужно было притворяться моим?
Зачем ему нужно было разыгрывать весь этот спектакль с высокими чувствами, переездом, это дурацкое знакомство с родителями... Я не выпрашивала его любовь, он первый делал шаги навстречу. И всё для чего? Чтобы потом всё оборвать без каких-либо объяснений?
Именно это осознавать больнее всего, недосказанность гложет, но он сделал свой выбор и, увы, он не в мою пользу.
Ребёнок едва уловимо толкнул, словно подбадривая, что всё будет хорошо. И я уверена, что будет, обязательно! Но как же больно осознавать, что наш малыш никогда не узнает любви родного отца. Да и я точно знаю, что никогда не полюблю никого, так, как любила Марка...
Загорелся "красный", и плотный поток машин нехотя притормозил у пешеходного перехода, и именно в эту секунду в кармане зажужжал мобильный.
– Здравствуйте ещё раз, Злата, это Вадим. Это вы стоите у остановки в бежевом пальто? С красным чемоданом?