Марджори застонала и потянулась к мужчине, но ее руки остались на месте.

— Прикоснись ко мне, Роб. Пожалуйста. Я не боюсь.

— Я знаю это, сладкая. Нужно иметь чертовы стальные яйца, чтобы прийти сюда и приблизиться ко мне, — прошептал он, слегка целуя ее подбородок. — И мне безумно нравится, что ты это сделала. Это делает мой член твердым как камень.

Роб притянул девушку к себе еще для одного глубокого поцелуя с языком, и когда Марджори растаяла в его объятиях, он повалился на кровать, утягивая девушку за собой, не разрывая поцелуя.

Роб приподнялся над девушкой и аккуратно раздвинул колени Марджори, устроился между ее ног. Глаза девушки расширились от прикосновения его твердого члена к ее нежной плоти. Ткань пижамных штанов едва ли разделяла их, но даже так Роб ощущал жар ее тела.

— Не волнуйся, милая, — успокоил он ее. — Твои штаны могут остаться на тебе. Я обещаю.

Марджори немного расслабилась, просто глядя на мужчину мягким, почти обожающим взглядом, который заставлял чувствовать себя чертовым королем.

— Спасибо.

Роб рассмеялся:

— Не благодари меня, черт возьми. Это твое тело, и ты здесь командуешь, а не я. Моя задача — сделать так, чтобы тебе было хорошо.

Рука девушки поглаживала его грудь, а одна легла на сердце.

— А я заставляю тебя чувствовать себя хорошо?

— Марджори, — тихо позвал он. Роб снова придвинул свои бедра к ней, прижимая всю длину своего возбужденного члена к ее лону. — Разве ты не заметила, что у меня стояк? Доставляя тебе удовольствие, я сам испытывая наслаждения, и кончу сильнее, чем ты можешь себе представить.

Этот красивый румянец снова окрасил ее щеки.

— А что, если я захочу прикоснуться к тебе?

— Тогда я позволю тебе прикоснуться к своему сердцу. Только не делай этого, потому что считаешь себя чем-то обязанной мне. Ты мне ни хрена не должна. Понимаешь?

Марджори кивнула, и легкая улыбка тронула ее губы.

— Хорошо.

— Отлично!
– Роб склонился над ее грудями, любуясь их изгибами, а затем провел кончиком языка по одной из ареол. — Мне нравится, что ты пришла сюда сегодня вечером, хотя, признаюсь, я был немного удивлен… — Роб слегка пососал один сосок, наслаждаясь тем, как девушка выгибалась под ним от нахлынувших ощущений. — Но я предполагаю, что тебе понравилось то, как мы провели время в воде, да?

Марджори пробормотала что-то в знак согласия, и пальцы девушки потянулись к его волосам, играя с несколькими прядями, пропуская их между пальцами, а после спустилась на его плечи.

— Я могу предположить, что ты была возбуждена, когда вернулась в свой номер, и начала ласкать себя. — Прерывистое дыхание Марджори подсказывало, что Роб находился недалеко от истины. — Но твои руки оказались не так хороши, как мой рот, и поэтому ты пришла ко мне? Верно?

Девушка молчала.

Роб поднял взгляд, и уловил до ужаса смущенное выражение на ее лице. Мужчина улыбнулся и коснулся поцелуем ее соска.

— Очевидно, я прав, — сказал он ей. — И я нахожу это чертовски горячим, Марджори. Мысль о том, что ты пытаешься ласкать себя после того, как мы расстались. Мне нравится эта мысль. Мне нравится, что ты была так возбуждена, — он снова провел языком по одному соску. — Ты ведь знаешь, что и я тоже, верно?

— Ты… ты мастурбировал? Правда?

— Я делаю это каждый вечер после того, как мы расстаемся, — сказал Роб ей, сжимая пальцами один из ее сосков, любуясь тем, как на ее коже появились мурашки. — Находиться рядом с тобой это чертовски возбуждает меня. И у меня нет другого выбора, когда ты уходишь. Мой член всегда болит при мысли о тебе… — Роб поднял голову и пристально посмотрел на девушку. — Хочешь почувствовать, как ты меня возбуждаешь?

Зрачки Марджори расширились. Затем она прикусила нижнюю губу и кивнула.

Роб перекатился на бок и лег рядом с девушкой. Его член лежал, как железный прут, прижатый к бедру, а головка была покрыта каплями предэякулята. Роб был уверен, что Марджори постесняется прикосновения к нему, но на удивление девушка неуверенно, но потянулась к нему и ее пальцы коснулись головки его члена, а после скользнула по всей длине.

— Он такой мягкий, — проговорила она с удивлением.

— Черт, никогда не говори такого мужчине. Мой член на самом деле так тверд, что болит.

Марджори хихикнула:

— Нет. Не твой… твой пенис… — девушка запнулась на последнем слове. — Кожа. Она такая мягкая, — ее пальцы снова скользнули по всей длине его члена, сводя Роба с ума. — Он такой мягкий. Как шелк, покрывающий сталь. И он такой большой.

— Это больше похоже на правду, — прошептал Роб.

Боже, неловкие и неуверенные прикосновения Марджори просто сводили его с ума. Каждый раз, когда эти пытливые пальчики двигались по головке и его члену, он был готов кончить. Это было настоящее искушение. Роб сдерживал свое желание сорвать с Марджори пижамные штаны и погрузиться в настоящий рай. Но поскольку Роб стремился к святости, он закрыл глаза и позволил Марджори исследовать его тело.