— Я надеюсь, это не твоя любимая рубашка, потому что теперь она вся в краске.

— Мне всё равно, — сказала Марджори, проводя руками вверх и вниз по его груди. — Я с радостью пожертвую всем своим гардеробом, если это будет означать, что ты снова окажешься в моих объятиях.

— Тебе даже не нужно заходить так далеко, — ответил Роб, и его руки скользнули вокруг ее талии, опускаясь к попке. — Мои требования гораздо проще.

— И какие же?

Роб прижался лбом ко лбу девушки и потерся носом о ее собственный:

— Просто люби меня, Марджори.

О боже, ее сердце затрепетало.

— Да, — нежно прошептала она. — Только тебя. Для меня нет никого, кроме тебя.

— Я чувствую то же самое. — Роб нежно поцеловал ее в губы, а руки потянулись к бюстгальтеру. — И я не могу дождаться, когда ты снова разденешься.

Марджори тоже ждала этого заветного мига, когда Роб расстегнет застежку, а ее руки скользнули вниз по спине мужчины, и девушка просунула пальцы под пояс свободных джинсов. На Робе по-прежнему не было нижнего белья, что заставило ее застонать от удовольствия. Руки вцепились в его ягодицы.

— Я хочу, чтобы ты тоже разделся, — отозвалась Марджори.

— Давай сначала снимем с тебя перепачканную краской одежду, — сказал Роб, и его губы изогнулись в улыбке. — Это не я прижимался к стене.

— Вообще-то, это ты толкнул меня к ней, — запротестовала Марджори, отстраняясь чуть назад, позволяя мужчине расстегнуть застежку на ее джинсах. Когда пуговица и молния были расстёгнуты, Марджори спустила джинсовую ткань вниз по бедрам, слыша стон удовольствия исходящий от Роба. Значит, мужчина всё же заметил, что ее трусики подходят к бюстгальтеру? У Марджори был один красивый комплект черно-розового прозрачного белья, и она надела его сегодня вечером для любимого мужчины.

— Просто смотреть на тебя убивает меня, — произнес Роб, и его руки потянулись к обнаженным бедрам, когда Марджори сняла джинсы.

— Ну, в этом ты сам виноват. — Игриво улыбнулась она. — Из-за тебя я должна принять душ, — добавила девушка, немного покачивая бедрами.

Бюстгальтер хоть и был расстегнут, но до сих пор прикрывал ее грудь. Сняв его, Марджори кинула его на пол, оставаясь в одних трусиках. И желая подразнить Роба еще больше, девушка повернулась к нему спиной, и слегка прогнувшись в спине, выпятив попку, начала медленно снимать трусики.

— Черт возьми! — пробормотал Роб, нежно поглаживая ее ягодицы. — Я думал, что твои ноги великолепны, но твоя задница — это настоящее совершенство. — Его пальцы заскользили по бархатной коже, наслаждаясь этим прикосновением.

Повернувшись к Робу, Марджори сняла резинку с волос, распуская волосы, перепачканные краской. Роб притянул ее обнаженное тело к себе и провел руками вверх и вниз по спине девушки.

— Такая красивая, и вся моя. Мне чертовски повезло!

Марджори улыбнулась и поцеловала мужчину еще раз, а затем потянулась к пуговице на его ширинке.

— Теперь твоя очередь! — прошептала Марджори. Руки Роба потянулись вниз, желая помочь девушке, но она оттолкнула их. — Позволь мне.

— Да, мэм, — ответил Роб со смешком и приложил руки на голову отдавая честь.

— Так-то лучше, — подметила Марджори и медленно расстегнула первую пуговицу его ширинки. Всего у него их было пять — никакой молнии — ведь он «коммандос». Марджори медленно, с осторожностью расстегивала каждую пуговицу, позволяя их предвкушению нарастать. Когда девушка, наконец, расстегнула последнюю пуговицу, Марджори просунула руку в его штаны и обхватила твердый член. Ее щеки окрасил румянец. — Я вижу, вы все скучали по мне.

— Он скучал по тебе больше всего. — Рука Роба скользнула в волосы девушки, и сжав пальцы, чуть наклонил ее голову назад для еще одного поцелуя, на этот раз собственнического и глубокого, даже когда ее пальчики сжимали его член.

Марджори нравилось прикасаться к мужчине, нравилось чувствовать его теплую кожу на своей, его запах, все. Просто быть здесь с этим человеком, в этой уродливой ванной, и измазанной краской — всё это делало ее такой невероятно счастливой, что Марджори едва могла дышать.

— Я люблю тебя, Роб, — повторила она.

— Я тоже люблю тебя, — ответил ей Роб между поцелуями. — И я обещаю, что больше ничего от тебя не скрою. Никаких грязных секретов, только я — настоящий.

Марджори кивнула. Это сработает, только если они оба будут доверять друг другу. И она сделал прыжок в пропасть, чтобы довериться мужчине еще раз. И только время покажет сделала ли она верный выбор или нет. И Марджори верила в Роба.

— Снимай штаны, — произнесла она требовательно.

— Черт возьми, да! — Роб вильнул бедрами, позволяя джинсам упасть к его ногам. — Теперь мы можем идти в душ?