Насколько хочу впустить его в свою жизнь?

— Да, господин де Грай велел мне принести полотенце, — прощебетала миловидная служанка своей коллеге. Девушки обменялись кивками, и одна пошла вниз, другая прошла мимо…

А тележка-то осталась. Я с сомнением посмотрела на нее… На приоткрытую дверь Де Грая…

Это удача или наоборот? Мои пальцы скользнули к круглому кулону, и я сделала к манящей двери несколько шагов. Мне не столько хотелось отдать шайну кулон, сколько хотелось убедиться, что Лион вообще жив. Встряхнув головой, для предлога схватила с тележки тарелку и скользнула в темную дверь. Просто проверю. Он ведь из-за меня пострадал.

Внутри царила душная пыльная тишина. Я сделала несколько шагов, оглядываясь. Занавески задёрнуты, лампы едва горят. Половица тихо скрипнула под ногами…

— Амиса? — тут же отозвался голос. Я тихо вздохнула, и Лион принял это за знак согласия. — Намажь мне спину, будь добра.

Лион — а это был правда он! — протянул мазь через плечо, и я поневоле приблизилась. Почему-то промолчала, утаив, что никакая не Амиса. Он стоял в лучах солнца, пробивающегося из-под занавесок. Красивый, уверенный и… раненый.

Я молча взяла коробочку мази, не спеша открывать, а лишь рассматривая рваные полосы от когтей на его спине. Моя рука поднялась, неуверенно коснулась отметин… раз полоса… два… три… Я приложила пальцы, повторяя след когтистой руки, только моя ладонь была раза в три меньше.

Это… из-за меня? Он так пострадал, пытаясь сохранить мою жизнь? Полосы уходили глубоко, до мяса, и только-только начали затягиваться. Будто след от вырванных крыльев… пожалуй, лишь сейчас поняла, что он мог умереть. Поджав губы, сдержала всхлип, — и резко поджала пальцы.

Надеюсь, он меня простит. Его тело было идеальным, вылепленным тренировками, подтянутым и совершенным. Но почему-то касаться его не могла. Словно это большая наглость.

— Я пришла от Фила, — тихо выдохнула я, и он резко обернулся, изучая меня удивленно и настороженно. — Он… он просил передать кое-что.

— Лайза? — нахмурился парень. И я поставила на столик мазь.

— Эммм… Он рассказал о вашем плане… Насчет Ариана. — Я встревоженно взглянула на Лиона, наблюдая за реакцией. Мне хотелось узнать, насколько во всем этом замешан де Грай. Лион помолчал. Нахмурился.

— Я ведь говорил. Мне не хочется играть в эти игры, — процедил он зло, и я вскинула голову. — Я больше не выполняю ваши поручения! Справляйтесь сами, мне плевать на цену!

— Мне просто сказали тебе передать одну вещь, — растерялась я.

— Ах это. Полагаю, кулон? Да, ты права, это другое. Без него мне крышка. Давай сюда, Ариана с удовольствием пущу на расход, если вам так надо. Без него мир будет лучше.

А он не сильно любит Лайзу. Кто бедняжку вообще любит, она будто одинока в толпе поклонников. Ее самодовольство — не очередная ли маска? Я коснулась кулона пальцами и сжала его, щурясь.

Но что это значит — "пустит на расход"… Лион замешан в заговоре так крепко? Этот маленький, невразрачный кулон так угрожает Ариану?

И выходит, если не отдам кулон, подставлю Лиона? Его слова прозвучали, будто он не желал участвовать в чьих-то загадочных планах, но Арианом мог и пожертвовать.

Ариан или Лион… подставлю либо одного, либо другого. Я будто стояла меж двух огней, оба варианта одинаково причиняли боль. Это странно, но не желала вредить ни Ариану, ни Лиону. И этот проклятый кулон стал для меня просто трагедией! Я сжала украшение крепче…

Не могу. Просто не могу отдать эту чёртову вещь!

Не могу подставить Ариана, даже если это станет бедой для Лиона.

— И-и-извини… Понимаешь… Я его потеряла… Зашла сказать, что мне так жаль! — Я ударила себя по лбу и резко развернулась, понимая, что зря сюда зашла! Чего добивалась? Все равно бы не отдала кулон, отдать — значит подставить Ариана. Поспособствовать заговору против него!

А я вдруг осознала, что необъяснимо доверяю Де Шаю. Просто сумасшедшая! Доверяю Ариану, подумать только!

Я должна ему все рассказать. О себе, о Лионе, о кулоне и заговоре — обо всем!

— Лайза Минг? — донеслось мне вслед и, тяжело вздохнув, я обернулась.

Лион смотрел на меня как-то иначе. Задумчиво и пристально. Стащив с плеч полотенце, он подошёл ближе и уцепил мой подбородок пальцами, заставляя смотреть на него.

— У тебя красивые глаза… Лайза, — помедлив, произнёс он. — Будь осторожнее с Филом и Орденом. Они не пожалеют тебя.

Это он сейчас о Лайзе или обо мне? Чувство было престранное, будто он не к Лайзе обращался! Испугавшись, я вывернулась и отступила.