Сердце немного успокоилось.

До конца дня я думала не доживу. Почти все девушки с группы обсуждали меня и Вихо, словно больше не существовало других тем для разговора. Было видно, что чернокнижник многим пришелся по вкусу, хотя не все в этом признавались. Когда прозвенел звонок, я молча собрала вещи и, проигнорировав все вопросы о том, приедет ли Он за мной, вышла из здания Академии.

На парковке я заметила знакомую машину. А рядом с ней и Вихо, что стоял, опершись спиной о капот.

По телу словно прошел разряд молнии. Около него, кокетливо накручивая прядь волос на палец, стояла наша мисс Университет. Она что-то говорила ему, соблазнительно двигая телом.

Мне стало обидно. Вихо разглядывал ее с ног до головы. И даже не пытался прекратить разговор. Я поджала губы и незаметно обошла здание, где по дорожке ушла в другую сторону.

Через несколько минут зазвенел мобильный. Я посмотрела на экран и не сильно удивилась, когда увидела, что мне звонит Вихо.

Я сбросила вызов.

Через несколько секунд, снова зазвонил телефон.

Теперь уже я просто проигнорировала его. Сняв с пальца кольцо, что мне подарил Вихо, я спрятала его в карман.

Телефон снова зазвонил и теперь уже более настойчиво. Кто-то почувствовал, что я сняла кольцо, и теперь пытался выяснить причину этого поступка.

На душе стало тяжело. Не хотелось с ним говорить. Утром он клялся мне в любви, а уже вечером заигрывает с другой.

Передо мной в десятке метров остановилась машина. Хлопнули двери, и из нее вылезло несколько человек.

Я остановилась и повернула назад. Но и в начале улочки тоже остановилась машина. По обе стороны от меня высился забор. Мне банально отрезали пути к отступлению.

Но это было не главной проблемой. Самое страшное то, что я этих людей не знала. А Вихо не стал бы посылать за мной незнакомцев.

Я выругалась.

— Так вот какая она, Дар, — гнусавым голосом сказал один из мужчин. — Миленькая такая.

Мужчины весело загоготали.

— Садись в машину, красотка, — сказал мне все тот же мужчина с гнусавым голосом. — И без лишних сопротивлений.

— Не бойся, — лилейным голосом заявил другой. — Мы тебя не тронем. Всего лишь пошантажируем немного Вихо, а потом отпустим.

— Не советую, ребята, — спокойно сказала я, потянувшись к карману куртки, чтобы притронутся к перстню.

Снова гогот. Трое мужчин двинулись в мою сторону.

— Или что? — гнусаво спросил мужик.

Он подошел ко мне и потянулся, чтобы схватить за руку.

Я увернулась и, притронувшись к кольцу, приказала.

— Замереть.

Мужчины тут же остановились. На их лицах отразилось удивление. Единственное, чем они могли двигать — это глаза. И те бешено вращались, пытаясь понять, что произошло.

— Вот вы не вовремя, — проворчала я.

Я достала из куртки телефон, который разрывался от звонков Вихо.

— Да? — ответила я.

— Ты где?! — послышалось из трубки рычание.

Я уже понимала, что дома меня будет ждать разбирательство. Главным образом, потому что ушла без охраны.

— Улочка за Академией. Тут какие-то мужички приехали. Шантажировать тебя хотели.

Я услышала, как Вихо отдал приказ водителю.

— Ты воспользовалась силой кольца?

— Ну, конечно, — ответила я, продолжая ходить между мужчин, которые могли только следить за мной.

— Молодец. Стой на месте. Я сейчас буду.

Не прошло и минуты, как рядом с улочкой остановилось целых три машины Вихо. Сам же он вылез из машины и быстрым шагом направился ко мне. Его лицо было просто каменным, а брови нахмурены.

Вихо был зол, как черт.

Но и я была обиженна, поэтому сложила руки на груди и гордо вскинула голову.

— В машину, — прошипел он мне.

Я молча села в автомобиль и, гордо задрав голову, ждала, пока тот разберется с шантажистами.

Через несколько минут Вихо сел рядом и приказал ехать на базу.

— Чем ты думала, когда уходила без охраны?! И какого черта ты сняла кольцо?!

— Не кричи на меня! Я тебе еще не жена!

Чернокнижник повернулся ко мне и со злостью процедил.

— Я волновался! Я думал, что с тобой что-то случилось!

Я продолжала смотреть только вперед.

— Да, любимый, случилось. Ты нагло заигрывал с другой!

На лице мужчины отразилось непонимание.

— Ты про ту швабру что ли?

Не знаю почему, но от его пренебрежительного тона стало немного легче.