С этими словами, Саня с размаху вонзил сферу мне в спину. Я почувствовал как она проходит сквозь одежду, кожу, а затем внутри меня все вспыхнуло. Древний свет моментально наполнил меня, и луч, бьющий из груди стал кроваво-алым.

Я навел его на одну из пушек, и ее срезало почти под корень.

— Сзади! — это Рагни. Молодец — вовремя предупредил. Я резко развернулся, и луч начал срезать трубы, мачты. Он проходил все насквозь. Он прошел и через пулеметный расчет, который собирался накрыть нас со спины.

Скоро на палубе «Авроры не осталось вообще ничего! Только горы трупов да искореженные орудия. Я запахнул плащ и вынул из груди артефакт.

— Спасибо, — я вернул его Сантьяго.

— Да не за что. Пойдем поговорим еще разок с капитаном.

— А он еще жив? — удивился я, рассматривая нанесенные повреждения.

— Конечно. И не сбежал. Честь офицера не позволяет.

Мы двинулись к носу корабля. «Аврору» сносило в сторону. Она уже скрипела поваленной мачтой о левый гранитный берег. Скоро крейсер врежется в него и остановится. Вряд ли он пойдет ко дну.

В руках Сантьяго снова появилась сабля, а я, последовав его примеру, вынул катану.

Егорьев стоял к нам спиной, но, услышав наши шаги, обернулся.

— Я не знаю, кто вы такие, господа, но я видел какой силой вы обладаете. Чего вы хотите от меня?

— Я дал вам осколок какое-то время назад, — напомнил Сантьяго, — кусочек алого металла. Вы носите его прямо рядом с сердцем. Я прошу вас вернуть его.

— Кхм, — капитан кашлянул, — боюсь, сударь, это невозможно. Данная вещь очень ценна для меня. Потеряв ее, я лишусь разума.

— Да у тебя и так его нет, спрайт ты убогий! — вспылил я, — ты умер давным давно, мужик!

— Это неправда, — холодно ответил капитан, — я жив. Я стою перед вами, дышу воздухом, гарью. Я живой! Я чувствую боль!

— Да кто бы сомневался! — гаркнул я, — весь этот мир — одна гребаная иллюзия, созданная Петербургом, и ты здесь всего лишь пешка. Ненастоящая.

— Ложь! — капитан побледнел.

— Вы помните своих жену и дочь? — внезапно спросил Сантьяго, — помните?

— Жену? — переспросил капитан и замер. Все, сломался.

— И дочь, — добавил я.

— У-у-у, — Егорьев завыл как волк и начал дергаться.

— И еще одну дочь, и сына, — Сантьяго опустил саблю и неторопливо направился к капитану.

— У-у-у! — капитана трясло так, словно он схватился за оголенный провод.

— Жена ваша — Анна Яковлевна. У вас было трое детей. Две дочери и сын. Помните? — продолжал спрашивать Сантьяго.

Я пошел вслед за ним. Капитан замер и выронил саблю. Его рот широко раскрылся, а из груди появилась окровавленная рука, сжимающая искомый нами осколок.

— Опять ты! — Сантьяго недовольно поморщился.

Капитана толкнули сзади и он упал перед нами лицом вниз.

— Так вот что вы ищите! Так и знала! — Оксана довольно рассмеялась, — Сергей, ты вступил в сговор с нашим врагом, чтобы собрать корону? Но ведь это он ее и уничтожил.

— Это неправда, — сказал я, — отдай мне осколок, и мы проснемся. Я все объясню.

— Мне кажется, эта ведьмочка хочет поиграть с нашим терпением, — Сантьяго поправил очки на переносице, — ну точно. Я так и думал.

— Выкусите! — Оксана показала нам неприличный жест, громко свистнула и сиганула прямо за борт. С набережной вслед за ней прыгнул двухколесный конь, на лету превращаясь в гидроцикл. Ведьма приземлилась ровно на него, и устремилась по каналу, оставляя за собой целый фонтан воды.

— Ебнутая какая-то, — Сантьяго вытер лицо платочком и создал сигару, — следи за ней. Она очень вспыльчивая, хотя ее мать, наоборот, полная противоположность. Мямля та еще.

— Она же проснулась, — вспомнил я.

— А потом опять заснула. Сейчас опять проснется. Так что давай дуй за ней. Не потеряй осколок.

— Я приду завтра ночью, — сказал я.

— Да, конечно. Заходи если чо. Я все равно сижу в замке и мне нефиг делать. Пойдем собирать оставшиеся осколки.

Раздался зловещий скрип крейсера о набережную. Корабль тряхнуло, но мы устояли на ногах.

— Мне пора возвращаться, — сказал Сантьяго, — а тебе просыпаться. И да, Серега, не думай, что мы с тобой друзья. Вероятность того, что мы снова вступим в бой весьма высока.