— Уже вернулись? — поинтересовалась ари Цецилия. — Купили лошадь?

— Да, вон, рабыня держит, — кивнул на окно наемник. — Вы чем занимались?

— Рамика вышивала, я её беседой развлекала.

— Хорошо. Ужин сейчас подадут, после него сразу выезжаем, — ответил мужчина и закрыл дверь.

Рамика хитро улыбнулась — как они ловко все провернули! Работники ее отца отвлекли хозяина, и они с няней выскользнули незамеченными. А потом Стар и Велен сопровождали их на площадь и помогли незаметно вернуться обратно.

Представление ей понравилось, это была кукольная пьеса о двух влюбленных, Рамика, расчувствовавшись, в конце даже прослезилась. А потом они познакомились с одним артистом, который заметил, с каким восторгом девушка смотрит представление, и после окончания пригласил её посмотреть на кукол.

Незаметно разговорились.

— Едем к тетке, тут недалеко осталось. Сейчас с нами двое работников, вон они стоят, на нас смотрят. Да, еще наемника батюшка нанял, совершенно невоспитанного и грубого! С ним едет рабыня, представляете? Я вне себя от возмущения.

— О, как я вас понимаю! В моей деревне после того, как из колодца напились рабы, едущие в столицу, этот колодец пересох! Наверное, вы всю дорогу боитесь.

— Моя птичка неделю не спит, не ест! — пожаловалась няня. — Хоть бы эту проклятую лихорадка свалила, боюсь, сглазит мне девочку!

Бродячий артист замолчал, обдумывая что-то, и неожиданно предложил:

— Хотите, мы избавим вас от рабыни?

— Наемник ее не продаст! Он в Андастан везет, — ответила няня.

— А кто говорил о покупке? Если вы поможете, мы выкрадем девушку, а вам за это дадим, допустим, десять монет.

— Десять? — возмутилась няня. — Я своими ушами слышала, что в Андастане он рассчитывает её за целую тысячу продать. Или больше!

— Так, то в Андастане, а мы здесь. Потом, на ней ошейник, надо будет его снимать, а услуги мага, который согласиться на это, стоят дорого. Везти рабыню, кормить ее… Нет, максимум, что я могу дать — двадцать монет. Себе в убыток, только из-за того, что мне хочется помочь молодой госпоже! Что скажете?

Рамика переглянулась с Цецилией и спросила:

— Что мы должны делать?

Перед самым заходом солнца повозки были готовы, Рамика с няней забрались в свою, Аэлина привычно встала рядом с потрепанным экипажем наемника.

Сам Стефан, несколько раз всё перепроверив, отдал команду трогаться.

Лина хорошо отдохнула, выспалась, да и нога совсем зажила, поэтому шла она легко и почти с удовольствием.

Как стемнеет, муж обещал посадить ее в повозку, а пока она потерпит, больше хаживала.

Чтобы не терять времени даром, она пыталась делать упражнения, которым её учил герцог, но буквально через несколько минут супруг подлетел к ней, пыхтя, как самодвижущаяся повозка.

— Что ты творишь? — прошипел он. — Искрит, я за двадцать метров увидел! Мы же по тракту едем, в экипажах могут оказаться маги, или кто-то одаренный едет верхом. Ты же нас выдашь!

— Какие искры? — удивления Аэлины не было предела. — Я только прокачиваю силу через себя туда-обратно, как ты учил, и все!

— Нельзя, пойми ты! Любое обращение к магии оставляет след, и если в этот момент нам навстречу попадется одаренный — нашей маскировке наступит конец. Что ж ты неугомонная-то такая?

— Прости, думала, что прокачка силы не даст отблеска, — покаянно прошептала девушка. — Скучно идти просто так, столько времени теряю.

— Сдадим девушку, будет проще, а уж когда домой вернемся — я тебе мэтра Домена приглашу, он еще меня учил.

От услышанного Лина, забывшись, подняла голову и вытаращила глаза на супруга — он собирается вызвать ей учителя магии? Настоящего учителя? Ей, девушке? Наверное, сотворенное ею магическое ведро, всё-таки, успело приложить его по голове, прежде чем развеялось…

— Голову опусти, — буркнул Стефан. Да, ты не ослышалась, я собираюсь обучить тебя пользоваться даром. Потом поговорим, хорошо, а то, вон няня сейчас шею свернет или из повозки вывалится.

Когда наступили густые сумерки, магистр еще раз подошел к жене, под покровом ночи помог ей залезть под полог и протянул руки к ее шее.

— Не дергайся, я посмотрю.

— Щекотно.

— Грах, как бы я хотел скорее его снять!

— Я что думаю, — Аэлина решилась озвучить мучившую ее идею. — Ошейник можно только на шее носить?