— Те кадры, что я отдал админу, — Шуруп погладил лысину, — В общем, Тортуга себя подставил конкретно, его отстранили без вопросов. Но, я так понял, у руководства Патриама либо другое видение ситуации, либо у того же Тортуги влиятельные друзья. Перетрясли всех админов практически.

— Так, а что с Брутто и его беспределом?

— Погоди. Сегодня ночью было экстренное совещание. Шишки из Патриама и из министерства кто-то. Обсудили все. И махинации на аренах, и криминал, и взлом мозгов.

— Так, — я погладил бороду.

Мне кажется, когда вот так экстренно обсуждают такие вещи, рождаются не самые справедливые решения. Впрочем, для Патриама они могли быть самыми полезными сейчас. А справедливость в таком вопросе, где замешаны политика и деньги, никого не волнует.

— Взлом мозгов? — удивленно прошептал Усмарь, — Так это правда?

— А что, ты слышал про это? — я повернулся к кинжальщику.

— Ну, только самую малость, — тот пожал плечами, — Да и то, не верил.

— Вы слушать будете? — скривился Шуруп.

— Да. Что там дальше?

— Тортуга отстранен, наш седьмой тоже. Вестника, насколько я понял, быстро нашли в реале. Я же говорю, до этого в технологию особо не верили, они думали, что она только мозги ломать может, — Шуруп развел руками.

— Его что, на опыты? — испуганно спросила Луна.

— Да нет, — орк отмахнулся, — В частную клинику какую-то, за деньги Патриама, на лечение. В общем, подальше от любопытных журналистов.

— Журналисты-то откуда все знают?

— Еще не знают, но слишком много народу замешано, тукарь, — Шуруп покачал головой, — Поэтому пытаются все осторожно провернуть.

— Да уж, понятно, шумиха никому не нужна. То есть, Вестник еще может восстановиться?

Шуруп кивнул, улыбнувшись:

— Насколько я понял, там все поправимо.

Эта фраза заставила улыбнуться всех бывших гидровцев. Да и я, в принципе, должен быть благодарен лидеру Гидры за то, что он вытащил меня из того депрессняка, в который я себя загнал.

— Правда, за ним будут следить еще и военные.

— В смысле? — с каждой фразой Шурупа я все больше терял ощущение реальности происходящего.

— Эта самая промывка мозгов, — вздохнул Шуруп, — В общем, ты же не вчера родился, тукарь. Насколько я понял, она интересует наше правительство. Представь, миллионы игроков — это же столько голосов на выборах. Дальше объяснять?

У меня все похолодело внутри, и от страха, и от отвращения. Да, в такой Патриам я не собирался играть.

— Вот же… — выругался Спрут, — Да твою же мать! Какого хрена?!?

— Такие вот котлеты, — Шуруп развел руками.

— Но мы же тоже все знаем, — беспомощно сказала Луна, — С нами что?

— Да ничего. Вы под моим присмотром.

— Ясно. А Брутто?

— Все стороны договорились до того, что его не будут трогать, пока не пройдут все соревнования и эвенты. Объяснять, почему?

Я скривился и возмущенно выпалил:

— Но он же нечестно играет! Все их господство… — я притих, оглянувшись на выход из тупичка, — Все господство Мстителей — это обман.

— Да, но их еще ни на чем не ловили. Сейчас у эвенджеров, я так понял, забрали всю поддержку, какую они получали.

— То есть, Брутто теперь единолично будет отвечать перед той крышей, которая на ставках деньги делает?

— Ну, пока так.

— Так Тортугу твоего посадили? — спросила Луна, — Я не поняла.

— За что? За то, что слил эвент игрокам? — усмехнулся Шуруп, — Нет.

Я задумался, пытаясь обработать всю полученную инфу. Что это дает лично нам? Сцилла теперь в безопасности, или нет? А я? Я в безопасности? Шуруп принес вести, а в голове у меня куча вопросов.

Это уже который раз, когда все мои планы летят в тартарары! Что я только не придумаю, а с неба падают непредвиденные обстоятельства, и надо менять все на ходу.

— О-о-о! — я застонал от бессилия, — Думай, Антоха, думай!

— Хам, не убивайся так, — попыталась меня поддержать Луна.

— Так, Шуруп, — я поднял голову, — На тех кадрах… Там были мы?

Тут мастер топоров поскреб макушку.

— В общем-то, да. Но тайна следствия остается, лишние лица не должны были увидеть это видео.