– Ты мне нравишься любым, Олежка.

Я улыбаюсь, доставая из кармана джинсов презерватив. Девочка наблюдает за тем, как я снимаю с себя остатки одежды и стягиваю боксёры. Разрываю зубами квадрат и достаю из фольги резинку.

– А можно без этого? – Машка опускает взгляд на мой член, когда я надеваю на него латекс.

– Без члена? – Я глотаю тихий смешок, за что получаю удар пяткой по плечу.

– Снова шутишь? Я имела в виду презерватив. Можно без него?

– Прости, крошка, но я не ношу в карманах твои любимые свечи.

– Тогда просто не кончай в меня. Разве, проблема? – Машка приподнимается с кровати и садится напротив меня. Тянется рукой к моему члену, снимая резинку. – Я хочу ощущать тебя всего, без лишнего барьера.

– Машка, – выдыхаю я, когда тонкие пальчики гладят мою головку, а затем опускаются ниже, трогая уздечку. – Ты же можешь залететь!?!

– Для тебя - это проблема? Или ты врал, что я могу выйти за тебя замуж, если захочу? – Крошка опускается к моему члену и касается его губами.

Сначала её движения робкие и неуверенные, но она быстро учиться и смелеет на глазах. Машка обхватывает головку моего члена губами, а рукой водит вверх-вниз, крепко сжимая ствол. Я начинаю испытывать первые волны экстаза, ощущая, как на теле напрягаются мышцы.

– Машка, если не хочешь остаться без оргазма, то прекрати делать мне минет прямо сейчас, – малышка хитро улыбается, услышав хриплые ноты в моём голосе.

– Вы чуть не кончили, Олег Николаевич? – Её игривый тон заставляет меня испытывать двойственные ощущения. С одной стороны, меня заводят грубые словечки, слетающие с нежного ротика, а, с другой стороны, мне так и хочется отшлепать Машку по упругой заднице за Олега Николаевича.

– Крошка, ложись на спину и раздвинь ноги. – Машка повинуется мне и занимает горизонтальное положение. Я хватаю подушку и кладу её под женские ягодицы, притягивая малышку к себе.

– Подушка? – Удивляется крошка. – Хм, это что-то новенькое.

– Это, чтобы тебе было приятнее, детка.

– Серьезно? Типа мягче, что ли? – Машка иронично ухмыляется, не веря моим словам. Я закатываю вверх глаза из-за её детской прямолинейности и опускаюсь на локти.

– Типа, глубже, крошка. Типа, другой угол и другие ощущения. Тебе понравится. Расслабься.

Я врываюсь во влажное влагалище одним рывком. Машка обвивает меня ногами, плотно сжимая бёдра. Я двигаюсь внутри девочки в одинаковом ритме, позволяя ей почувствовать первые волны экстаза. Маша скользит на подушке, не сдерживая тихий вздохов, возбуждающих меня всё больше и больше. Голову туманит похоть. Я так давно не кончал, что готов разрядиться в любой момент.

Сдерживаю себя и останавливаюсь на короткий миг. Наклоняюсь над крошкой и глубоко целую её. Я тараню её рот языком, медленном двигаясь членом внутри дырочки. Машка запускает свои пальцы в мои волосы и несильно оттягивает их назад, выдыхая стоны.

– Не останавливайся, Олег, – хрипит её голос, когда я сбавляю темп.

Я снова набираю повышенный ритм и уже, не щадя сил, делаю мощные выпады внутри тугого лона. Я опускаю одну руку на клитор и надавливаю на него двумя пальцами, заставляя крошку кончить.

– Господи, Олег, – не сдерживается малышка, крича моё имя во время оргазма.

– Можно, просто, Олег, – я улыбаюсь, когда девочка хмурится из-за моей шутки, а затем сам обильно кончаю на женский живот, предварительно достав член из дырочки.

Мы лежим на кровати, пытаясь отдышаться. Наши сердца бешено стучат в унисон. Я провожу пальцем извилистую линию по изящной шее, вдыхая аромат волос моей любимой девочки.

– Мне понравилось с подушкой. Всё-таки в отношениях со взрослым мужчиной есть много плюсов, – Машка произносит это без всякой злобы и, как бы, не подумав, но меня цепляют её слова и царапают душу изнутри.

– И много у тебя было мужчин? До меня?

– Ты сейчас, типа, пробиваешь инфу, Олежка? – Девочка хитро улыбается, понимая, что меня снова долбит приступ ревности.

– Сейчас, я, типа, пытаюсь понять: меня сравнивают с кем-то конкретно или говорят комплимент.

– А, что бы ты хотел, Олежка? – Крошка игриво кусает губы, заставляя меня испытать укол ревности.

– Машка, запомни, моя маленькая. Если я узнаю что-то такое, что может мне не понравится, то тогда я буду вынужден одеть на тебя хиджаб.

– Почему хиджаб? Давай сразу паранджу, чтобы наверняка. А еще пояс верности, как в средневековье. – Маша громко смеется, думая, что сказал шутку. Я тянусь рукой к женскому запястью и не больно сжимаю его пальцами, заставляя Машку перестать смеяться.