Чарльз сделал вид, что не услышал этого. За несколько лет сожительства со своим приятелем он привык к его бесконечным подколам, некоторые из которых порой бывали грубыми и жестокими.

– Я буду ждать тебя на улице. – В последний раз крикнул Чарльз и выбежал из дома, на выходе запнувшись об порог и чуть не полетев вниз головой с крыльца, как это было буквально неделю назад.

Саймон в это время не спеша чистил зубы, любуясь на своё отражение в зеркале.

Оба друга уже около трёх лет жили вместе в съёмном доме, расположенном почти в самом центре Манила, а до этого ещё четыре года в одной комнате общежития при Механико-Инженерном Городском Университете. Отличающиеся во всём, в чём только можно отличаться по характеру, они были удивительно похожи внешне: оба высокие, худощавые, темноволосые юноши с карими глазами и бронзовым оттенком кожи. Единственное их отличие во внешности заключалось в том, что Саймон всегда выглядел ухоженным и хорошо одетым, несмотря на откровенно скромный достаток, а Чарльз же, напротив, был вечно неряшлив. Будучи студентами и соседями по комнате, два молодых человека сдружились в первые дни своего сожительства, впоследствии вместе справляясь со всеми курьезами и сложными ситуациями, которые преподносила им студенческая жизнь. Они постоянно противоречили друг другу и порой даже сильно обижались из-за этого, но никогда их обиды не длились дольше нескольких минут. Пройдя долгий путь обучения в университете, Саймону и Чарльзу посчастливилось попасть в одно место на одинаковые должности – инженерами в главную промышленную компанию в городе “Джиннеро и ко”, которая координировала действиями всех профессиональных механиков и инженеров в Маниле. Её создателем и полноправным руководителем был вечно весёлый невысокий итальянец Гектор Джиннеро. Деятельный Гектор хватался за все дела в городе, от самых мелких до чрезвычайно масштабных. Как правильно отметил Саймон, работы у всех механиков и инженеров за прошедшую ночь прибавилось с лихвой, ведь мистер Джиннеро начал строить у себя в голове гениальные бизнес планы, едва услышав первый треск чей-то ломающейся крыши.

– Что за черт… – Вдруг проворчал Саймон, выкручивая кран с горячей и холодной водой в максимальное положение. – Этого еще не хватало…

Напор воды внезапно стал очень слабым и каким-то порывистым, а после вода и вовсе приобрела слегка ржавый оттенок. Настроение у Саймона сразу ухудшилось, и он побыстрее решил закончить гигиенические процедуры, которые любил делать больше всего на свете и мог заниматься ими часами напролет, уделяя одному только поиску идеального пробора около получаса. Пару раз пройдясь деревянным гребнем по густым волосам цвета черной смолы, он, негодуя, вышел из ванны, громко хлопнув хлипкой деревянной дверью.

– Всё время что-нибудь да не так… – Пробубнил Саймон, ставя гладильную доску и нагревая утюг. Когда утюг был готов к использованию, он бережно и тщательно начал гладить свои, уже слегка поношенные, но не потерявшие презентабельного вида, брюки. Водя утюгом в разные стороны, Саймон постепенно успокаивался и забывал про то, что его расстроило в ванной. Закончив с брюками, выгладив их идеально, молодой инженер взялся за белоснежную рубаху, ароматно пахнущую приятным цветочным порошком. С улицы доносились различные возгласы и громкие разговоры людей, обсуждающих прошедшее ночное событие, но Саймон совершенно не обращал на них внимания, в упоении занимаясь глажкой. Завершив работу, он поставил доску и утюг ровно на то место, откуда их взял, надел ещё тёплые брюки и рубаху, с довольным лицом посмотрелся в зеркало, в очередной раз проверив прическу, и направился к выходу. Саймон ещё долго выбирал нужную обувь, которая подошла бы к его одежде, прежде чем вышел на улицу.

– … Да не говорите! Я сам всю ночь не спал, честно признаюсь, было немного страшно, особенно, когда ветер свистел в оконных щелях! – Чарльз разгоряченно беседовал с соседями, когда заметил, вышедшего из дома, Саймона. – Саймон! Саймон! Иди сюда, иди к нам! – Энергично замахал он руками, призывая своего друга присоединиться к беседе.

Саймон, закатив глаза, тяжело вздохнул и направился к столпившимся соседям, старательно обходя многочисленный мусор, повсюду валяющийся на улицах.

– Господи, ну и свалка! – Воскликнул он, отпинывая от себя деревянные обломки, некогда бывшие частями чей-то кареты.

– Не припомню, чтобы мне когда-либо приходилось видеть подобное на своём веку. – Подойдя к соседям, услышал Саймон дрожащий, надрывающийся голос старика, живущего напротив них с Чарльзом.

– Такой вокруг стоял грохот и треск, что я чуть в штаны не наложил! – Откровенно поделился беззубый старик со всеми присутствующими.

Семейка Данкеров в лице глупых родителей и трёх таких же глупых детей, живущая слева от друзей инженеров, разразилась таким диким хохотом, что глава их семейства чуть ли не валился с ног от смеха, а миловидная Алиса, едва достигшая совершеннолетия внучка противного старика, живущая с ним за неимением родителей, густо покраснела и вперилась в землю, делая вид, что увлеченно пинает камушки. Чарльз, заметив её смущение, поспешно отводя тему, обратился к миссис Васкес, женщине, которая несмотря на внушительный возраст, сохранила свою былую красоту.

– Всё ли хорошо у вас, миссис Васкес? Наверняка вашей крепости нипочём любые бури.

Мари Васкес проживала вместе со своим мужем недалеко от друзей инженеров в прекрасном доме, который действительно походил на крепость, но одновременно с этим оставлял впечатление тёплого и уютного жилища.

– Ах, если бы вы были правы, Чарльз! – В сердцах всплеснув руками, воскликнула миссис Васкес. – Почти весь забор разлетелся на части, сарай теперь совсем никуда не годится, а сад, мой любимы сад… и колодец, а ещё там… – Взахлеб, чуть ли не рыдая, начала перечислять свои беды эмоциональная женщина, пока не подошел её муж

– О, ну что ты, Мари, перестань, всё не так уж и плохо, вернее, всё могло бы быть гораздо хуже, ведь так? Не переживай, мы с тобой и не с таким справлялись. – Обняв, утешал свою жену сильный и статный мистер Васкес, поглаживая её по каштановой голове. Имеющий небольшие проседи в волосах и аккуратной окладистой бороде, которая так шла к его южной внешности, мистер Васкес выглядел как какой-нибудь отставной адмирал, хоть он и никогда не плавал на кораблях.

– Ах, Диего… – Всхлипнула Мари, опустив голову на плечо своему мужу. – Как хорошо, что ты рядом, как хорошо…

Мистер Васкес улыбнулся и начал здороваться со всеми присутствующими, когда Саймон в ироничной задумчивости произнес, почесывая подбородок и глядя себе под ноги, но при этом как бы обращаясь к беззубому старику:

– Так значит… Чуть не наложили в штаны, да?

Алиса покраснела вновь настолько, что чуть не упала в обморок.

– Да, чуть не наложил, ей богу! Ещё чуть-чуть бы и… – Встрепенулся старик, обрадованный тем, что к нему проявили интерес.

Чарльз грозно посмотрел на Саймона и, поспешно взяв под руку дедушку Алисы, не дав ему договорить, начал уводить его в дом, под неистовый смех семейки Данкеров. Юная девушка поплелась следом.