– Модули запущены, – сообщил Билл.

Еж был в сорока четырех тысячах километров от облака.

– Отойди на пять тысяч километров.

Билл развернул «Хеффернан» и отступил, выполняя приказ.

– Не выключай двигатели.

ИИ улыбнулся. Он был на экране, сидел в своем кресле.

– Мы готовы удрать в случае необходимости. – Он посмотрел налево. – Скай, сообщение из Академии. От руководителя миссиями.

Эмма улыбнулась.

– Очередное предупреждение, чтобы мы были поосторожнее.

– Давай посмотрим, что она сама нам скажет, Билл.

Загорелся верхний экран. Сначала на нем появился логотип Академии – свиток и светильник на фоне голубого земного шара Объединенного Мира, – а затем возникла Хатч. Она сидела на краю своего стола.

– Эмма, Скай, я подумала, вам будет интересно узнать предварительные результаты. Похоже, это не просто взрывы. Не могу четко объяснить, но, надеюсь, у Эммы получится. Выброс энергии упорядочен. Именно так говорят исследователи. Они считают, что это сделано намеренно, с какой-то целью.

Мы надеемся, когда вы закончите, у нас появятся соображения насчет того, что это за цель. Мы очень ценим то, что вы для нас делаете. Знаю, у вас не самое воодушевляющее в мире задание.

Она подняла руку, прощаясь, ее снова сменил логотип, и монитор отключился. Скай посмотрел на жену.

– Упорядочен?

– Тетя сказала чистую правду. Представь себе взрыв, при котором энергия не просто выбрасывается, а представляет собой что-то вроде кода.

– Для чего?

Эмма пристально посмотрела на изображение Омеги, спокойно плывущей на вспомогательном экране.

– Иногда для того, чтобы стимулировать наноустроства. Заставить их начать работу.

Модули прибыли к ежу и открылись. Двенадцать маневровых двигателей собрались, подобрали топливные баки и окружили ежа. По сигналу каждый из них засек особое место посадки, на которое был запрограммирован, и при помощи магнитных зажимов прикрепился к ежу. Все двенадцать посадочных мест были тщательно выбраны, чтобы двигатели выстроились на этом в высшей степени неровном объекте почти параллельно друг другу. Им предстояло выполнить функцию тормозных ракет.

– Все на месте, – доложил Билл. – Готов приступать.

– Выполняй.

Двигатели одновременно запустились. И продолжали работать.

Довольный, Скай налил себе тарелку супа, приготовленного Эммой.

– Ты хорошо делаешь дело, милый, – сказала она.

– Да, верно. – Он вернулся на свое место и медленно отставил тарелку. Билл выводил на экран параметры торможения, величину оставшихся запасов топлива и данные контроля положения.

Опасения, что магнитные зажимы повредят устройство, к счастью, не оправдались.

Корабль висел в темноте, в колодце между звездами. Ни одна звезда не освещала небо, ничуть не похожее на ночное небо Земли. Было понятно, что вы далеко в межзвездном пространстве. Не было никакого очарования, никаких острых ощущений оттого, что вы окружены далекими солнцами и созвездиями. Единственное, что чувствовалось, это расстояние.

– Топливо у тормозных ракет на исходе, – сообщил Билл, – остается две минуты.

Важно было, чтобы все двигатели выключились одновременно, а еще – не допустить, чтобы в одном или двух кончилось топливо: тогда остальные уведут ежа с заданного курса.

– Билл, где мы окажемся, если выключим их на тридцать секунд раньше?

– Еж сбросит тридцать километров в час.

– Хорошо. Это значит, что облако его догонит?..

– Через шестьдесят дней. 27 июня.

– Хорошо. Так и сделаем. – Скай поднялся с кресла.

– Не нравятся мне эти штуки, Эм.

– Мне тоже не нравятся, – откликнулась она.

Он посмотрел вниз на навигационный экран, где появились шестидесятидневный календарь и часы и начался отсчет секунд.

– Я пошел спать.

Она кивнула.

– Иди. Я догоню тебя через минуту. – Эмма смотрела на облако. Оно было темным и тихим. Мирным. В этой огромной пустоте невозможно было увидеть, что оно несется по небу.

– О чем ты думаешь, Эм?

– О папе. Помню, однажды вечером он рассказывал мне, как все изменилось, когда люди узнали об Омегах.

– В каком смысле?

– До того, говорил он, люди всегда считали, что они – пуп мироздания. Вселенная создана для нас. Единственной ее части, способной мыслить. Наш Бог был всеобщим Богом, он даже нанес нам визит. Мы несли ответственность. Я никогда об этом так не думала. Я выросла с облаками. – Она прикоснулась к экрану, и тот погас. – Убила бы.