– Насколько тяжелое ранение? – не выдержав, перебила командира Лена.

– Сильная контузия. Более точных сведений нет, – Лебедев сделал вид, что не заметил нарушения субординации. – Отряд, слушай боевую задачу. Сейчас мы грузимся в транспортный самолет и вылетаем сразу за машинами авиаполка. Генерал-полковник Нагулин сообщит нам точные координаты места, где он покинет поврежденный самолет. Мы немедленно выходим в эту точку и осуществляем десантирование. Летчики Кудрявцева нас прикроют. Наша цель – найти товарища Нагулина, оказать ему помощь и обеспечить выход к своим. Вопросы?

Мне становилось все хуже. Головная боль усилилась, руки на штурвале ощутимо дрожали.

– У тебя сильнейшее сотрясение мозга, – прокомментировала мое состояние Летра. – Для любого местного это было бы смертельно, но твой организм должен справиться. Ничего необратимого с твоей головой не случилось. Нужен покой и глубокий медикаментозный сон с форсированной регенерацией.

– Издеваешься? Какой тут покой? Разве что вечный… Его мне японцы как раз готовятся обеспечить.

Японцы готовились. И даже уже приступили. С Тайваня двумя волнами взлетело шесть десятков истребителей. В обычной ситуации они бы нас не догнали, но сейчас… По нашим меркам группа еле плелась. Высота две тысячи, скорость четыреста. Больше мой единственный движок выдать не мог – начинал перегреваться. По расчетам Летры выходило, что противник догонит нас как раз над побережьем, а «Зеро», взлетевшие из окрестностей Гонконга, подтянутся туда еще раньше. Правда, к этому времени нам на помощь должны прибыть основные силы полка Кудрявцева и устроить японцам горячую встречу, вот только вся эта воздушная мясорубка начнется именно там, где мне предстоит покинуть самолет, если, конечно, я еще буду в сознании, что с учетом динамики моего самочувствия совсем не гарантировано.

Я недооценил ярость противника. Тайвань и Гонконг стали только началом. Еще одна большая группа японских истребителей взлетела с аэродромов, расположенных вокруг Шанхая, причем наш курс и скорость им явно были известны, как и то, что свернуть куда-то в сторону мы не можем. Японцы зажимали нас с трех сторон, намертво захлопывая ловушку, вырваться из которой по их расчетам мы не имели никакой возможности.

– Я проанализировала состояние отключенного двигателя, – Летра, похоже, все это время тоже пыталась найти выход из сложившейся ситуации, – Он остыл, и, если тебя сильно прижмут, можешь попытаться снова его запустить. Есть неплохой шанс, что это получится, но проработает он не больше трех-четырех минут, повреждения-то никуда не делись. Потом опять возникнет пожар, и потушить его будет уже невозможно.

– У меня боковое остекление кабины повреждено. Максимальную скорость все равно набрать не получится.

– О максимальной никто ни не говорит, но до шестисот ты разгонишься, и этого должно хватить, чтобы немного оторваться от «Зеро» или выйти из зоны «собачьей свалки».

– Принято, – спорить с Летрой у меня не было ни сил, ни желания – голова просто раскалывалась.

– Дерьмовые у наших азиатов самолеты, командир, – презрительно произнес зам по вооружению, скептически глядя на голографическую проекцию района боевых действий. – Ни скорости, ни брони, ни оружия нормального.

– А чего ты хотел от дикарей? – хмыкнул Хирч. – На этой планете везде так – сплошной примитив.

– Не скажи. Авианосец завалили машины классом повыше.

– Да тоже не шедевр, – пожал плечами капитан-лейтенант, – хотя по сравнению со всем, что мы здесь видели раньше, их характеристики впечатляют. Не зря вычислитель сразу выделил эту авиачасть, как нечто требующее нашего внимания. Да и научные сателлиты на орбите тоже явно играют на их стороне – наши дроны не просто так не смогли заблокировать им связь.

– И тем не менее, они уже потеряли два самолета и еще один до базы точно не дотянет.

– Никто из них не дотянет. Мы же скинули японцам информацию о курсе их отхода. Дальше, я надеюсь, наши подопечные сами все сделают. Ты мне лучше вот что скажи, Корф, – командир эсминца пристально посмотрел на подчиненного. – Откуда в этой дыре, называемой Китаем, взялись такие самолеты? Ничего похожего нет ни у кого из участников конфликта, а у китайцев есть.

– Китайцы здесь, скорее всего, ни при чем. Опознавательные знаки на крыльях можно нарисовать любые, так что китайская принадлежность этих самолетов, скорее всего, фикция, – включился в обсуждение начальник инженерной службы. – К сожалению, база данных со взломанного нами спутника содержит только информацию до начала сорок первого года. На тот момент ни одно государство на этой планете даже близко не было готово к серийному выпуску чего-то подобного.

– Откуда бы ни взялись эти машины, они могут помешать нашим планам, особенно если их появится много, – ответил Хирч, продолжая наблюдать за тем, как на виртуальной карте загораются все новые отметки японских истребителей, взлетающих для перехвата китайских самолетов. – Нужно пресечь их производство, а для начала хотя бы понять, где их делают.

– Скорее всего, в США или Великобритании. Германия не стала бы поставлять оружие в Китай, а все остальные совершенно точно не доросли до подобных технологий, – предположил инженер.